Шаг первый

Едва выплеск энергии схлынул, и она перестала впитываться из окружающего мира, как я тут же запустил процесс ассимиляции, ощущая, как мое ядро наполняется теплом изнутри. Сказочное ощущение, чувствовать себя сверхчеловеком, осознавать, как ты возносишься над этой серой массой обычной повседневности.

– Какой мощный воплощенный, – сказал молодой еще Хаул’дир из подмастерьев, на лице у которого все еще не сошла маска блаженства.

– Да, и кажется, он движется в нашу сторону, – ответил ему Гозард и шумно втянув воздух, внезапно уточнил, – а почему так пахнет гарью.

И действительно, едва он это сказал, как я, а судя по удивленным лицам и все остальные ощутили запах паленого. Это может значить только одно. Так проявляет себя один из одержимых – печаль. Только для этого типа тварей характерно усиление и ослабление человеческих чувств. Особо сильные могут воздействовать на человеческие рецепторы, отключая органолептику. Этот же только осваивается с новыми способностями.

– Кажется один из демонов – печаль, – сказал смутно знакомый длинноволосый блондин с копьем.

Гозард только кивнул и начал отдавать команды:

– Выходим, занимаем круговую оборону, оцениваем обстановку. Нам нужно объединится с другими боевыми звездами. Маги остаются здесь, пытаются починить портал.

Я лишь кивнул на это. Все-таки, несмотря на открытую неприязнь ко мне, Гозард соображает. Хотя и не сразу.

Едва выйдя на улицу, я тут же расстегнул свою кожаную куртку, а затем и вовсе сбросил ее – слишком жарко. Вокруг нас словно разверзлась огненная геенна, этот филиал ада невозможно описать словами, горело везде, повсюду.

– Теодор, в какую же задницу ты опять нас затащил, – недовольно буркнул Керг, тоже снимая куртку и оставаясь в одной кольчуге и нательной рубахе. Мощные мышцы перекатились на руках, когда он поудобнее стиснул щит с мечом.

– Если бы я знал, что здесь будет так, – пробормотал я, настороженно прислушиваясь к окружающей действительности.

Бойцы равномерно рассредоточивались по периметру площади занимая удобные для обороны места. На главную площадь Альбы вело сразу четыре дороги, упираясь в площадь практически с разных сторон, если говорить точнее, две дороги вели в новый город, как раз туда, где предположительно в настоящий момент и находился воплощенный, две дороги, что находились позади нас – вели в остатки старого города.