Шаг первый

Один из стоявших, также как и остальные был одет в глухой балахон с капюшоном, второй же был одет в дорогой охотничий костюм, состоящий из выделанной кожи с удобными металлическими вставками на куртке. При взгляде на его открытое лицо, по спине начинали бежать мурашки и было от чего. Глаза с радужкой настолько темной, что казалось, будто бы она сливается со зрачком. Грубые, словно выточенные из горной породы черты лица. Сухие, потрескавшиеся и в некоторых местах кровоточащие губы. Все это производило весьма гнетущее впечатление, довершаемое правой стороной лица, испещренной мелкими, кое-где сочащимися гноем, язвами.

Оба сейчас не отрывали взгляда от происходящего внизу. Там сейчас двое в балахонах вытянули в центр круга крупного бородатого мужчину, по пояс оголенного. На его груди слева, над сердцем алел свежий надрез. На лице у мужика, торс которого весь был буквально перевит мышцами застыло странное выражение. Испуг в перемешку с неверием и непониманием. Было видно, как он изо всех сил напрягает мышцы (они вздувались словно канаты), но не может шевельнуть ни пальцем.

Покрытое язвами лицо наблюдателя исказила гримаса.

– Мастер Ренхардт, опять ничего не выйдет. Посмотрите на него. Я отчетливо чую его страх.

– Ну почему не выйдет, Аластар. Напомни, у меня хоть раз не получилось, –раздался из-под капюшона тихий, чем-то похожий на шелест выскальзывающего из ножен клинка, голос.

– Мастер, при всем уважении, то, что у вас получалось до сих пор, совершенно никуда не годится.

– О сроке жизни будешь говорить мне ты? Напомни, сколько, по твоим прикидкам тебе осталось? – Язвительно ответил Мастер, а затем продолжил, – да и твой контроль силы оставляет желать лучшего.

–П-прошу прощения, – запнулся побелевший от гнева и изо всех сил стискивающий кулаки Аластар, – но это не я виноват в том, что задуманный вами ритуал почему-то прошел совершенно не так, как того следует. Вы отмерили мне этот срок! – Слегка экспрессивно закончил он свой эмоциональный взрыв.

– Отвечай на вопрос, – лязгнул Ренхардт, слегка наклонив голову. Его капюшон начал трепетать словно на ветру, а тени вокруг будто бы зашевелились.