Попаданец в бога. «СВАРОГ»

Существо имело все признаки принадлежности к женскому полу и отдалённо походило на одну из статуй, оставшихся стоять на лысом холме. Белая ночнушка, спускалась до пят и была вся в бурых пятнах. Из-под подола, виднелись грязные пальцы ног, едва не касающиеся речной глади. Длинные, чёрные словно уголь волосы, свисали ниже коленей. На голове, давно засохший венок, увядших цветов, а в руке зазубренный серп грубой ковки, от которого явственно веяло окончательной погибелью живого.

Для обычной богини урожая, выглядела она как-то неправильно.

Всё слишком мрачно, да и мертвенная бледность, перекошенного лица, вызывала инстинктивную оторопь. Покосившись, на мёртвое лицо Парацельса, я невольно подметил, что мой спутник по сравнению с богиней, просто приятный во всех отношениях трупешник, завсегда настроенный на позитивный лад.

- Молчи и слушай — едва слышно прошептал мёртвый архимаг. — А я пока взвешу, сколько ты накопил божественных силёнок, и подумаю, можно ли вообще вылезти целыми из этой жопы.

Немигающий взгляд Мары прошёлся по нам, и я ощутил, словно по коже провели грубой наждачной бумагой. В процессе осмотра, Василиса потупила взор, и я внезапно почувствовал, как она прижалась к моему боку. А потом девушка и вовсе затряслась, словно щенок, прячущийся от холодного дождя.

- И откуда это здесь в Белоградье, чужеродный герой объявился? — неожиданно спросила Мара и недовольно качнула головой из стороны в сторону. — Тулубай, а ну-ка явись к ответу?

Едва богиня договорила, рядом материализовалась тень, начавшая тут же, превращаться в расплывающуюся фигуру.

Присмотревшись, я увидел, восточного вида мужик, облачённого в шкуры, и с бубном подмышкой.

- Мой народ встретил пришлого героя сегодня, в красной пустыне — принялся отвечать шаман. — Он шёл голым к границе осколка. В руках ничего. В драку первым не лез. Мои люди совсем глупые. Подумали, что он беглый раб, и решили принести в жертву.

- Ну раз герой стоит здесь, значит, с жертвенным забоем у твоих степных олухов не сложилось — проговорила Мара, и от каждого звука её голоса, по воде начали расходиться волны фиолетовой дымки.

— Глупые шакалы, вы не узнали в путнике героя, и сами накликали лихо, на все планы вашего союзника, падишаха Сулима.

Почему она называет меня героем? — этот вопрос родился в голове, и в тот же миг Парацельс встрепенулся, словно услышав мои слова.

- Не спугни последний лучик надежды — проскрипел призрак.