Стратегия одиночки. Книга шестая

А также тащи сюда тот бочонок, который я оставил.

Договорив, он вышел из-за стойки и, жестами попросив помощи, передвинул самый большой стол на центр зала, после чего мы все расселись за этим столом. Всё это проходило в полном молчании, потому как Готлейк приложил палец к губам. Скорее всего, он не хотел, чтобы наш разговор услышал кто-то из местных, а именно хозяин заведения. Не прошло и минуты, как нам принесли огромное блюдо с жареным на углях барашком и тушёной капустой, а также поставили небольшой, литров на семь, деревянный бочонок.

– Уважаемый, - обратился я к нему, - ты на стол накрыл? Накрыл. А теперь сделай одолжение, сходи погуляй.

Хозяин постоялого двора недоумённо уставился на меня, но после того, как я недвусмысленным жестом указал на дверь, заозирался, а потом, всё же склонившись в поклоне, засеменил к выходу.

– Эй, - окликнул я его. - Как звать?

– Борчук, господин. - Замерев на половине пути до двери, ответил мне корчмарь.

– Знаешь, почему я спросил твоё имя?

– Нет. - Сглотнув комок в горле, тихо ответил он.

– Чтобы знать, какое имя написать на могильном камне, если замечу твои любопытные уши, которые нас подслушивают!

Корчмарь забегал глазами ещё быстрее и побледнел, словно мел, затем закивал, словно болванчик, и залепетал:

– Да я… Я никог…

– Давай, шагай.

Когда со скоростью испуганного кролика хозяин заведения вылетел за дверь, я обернулся к землянам:

– Моё имя вы слышали, но на всякий случай повторю. Рэйвен. Для местных Рэйвен Александрит или Рэйвен из Сиэтла. С Видаром я уже знаком.

– Хьерта Христ, - первой представилась девушка скандинавской внешности, и это имя мне показалось чем-то знакомым. Явно специально подобранный для Айна псевдоним, но из моей памяти ускользало, в честь кого она взяла это имя.

– Готлейк Лаки, - кивнул тот, кого я помнил ещё по Прошлому Циклу.

Представившись, он откупорил бочонок и начал разливать красное молодое вино по кружкам.

– Вонг Кан, - словно рубанул, коротко сказал крепыш, не сводящий с меня любопытного, но при этом полного настороженности взгляда.

– А это Сузи! - Прежде чем успела открыть рот китаянка, вместо неё сказал Готлейк, и его лицо расплылось в хитрой улыбке.