Андервуд. Том 1

Ремешки на очках чуть поплавились, но выдержали — всё-таки из качественного материала, а вот металл нагрелся, и чтобы не повредить собственную кожу, пришлось снять их и отбросить в сторону. Часть одежды оплавилась — другая, возле головы продолжала полыхать.

Он мог бы потушить всё, но тогда пришлось бы падать в лужу, а эти придурки только и ждали от него подобного поведения, чтобы навалиться скопом и истыкать ножами.

Вместо этого он резко повернулся назад, вынул меч и, полыхая, как вылезший из ада чёрт, побежал на них.

Это настолько сбило их с толку, что ему не составило труда колющим ударом вогнать в грудь первому бандиту огнеупорный меч. Удивлённый добытчик яиц посмотрел вниз и упал на колени.

Ник уже занимался другим. Слабое сопротивление «серпом» и отрубленная рука отправилась на сырой пол, а коридоры подхватили эхом истошный крик. Всё это прекратилось вторым ударом в висок. Аккуратная черепная чашечка с мозгом шмякнулась в грязь.

— Да кто ты такой? — заорал ему последний оставшийся в живых, трясущимися руками выставив вперёд нож.

Дискуссии не получилось, и как бы ни пытался его разжалобить тот самый дурак, что затеял эту стычку — его пришлось убить. Они видели антимагический щит, да и вообще первыми напали. Тут никакой жалости не должно быть.

После этого Ник подбежал к луже и погасил огонь на куртке. На секундочку новой куртке, которую он купил за свои кровные, заработанные в походах деньги.

Вот же твари. В таком виде назад не пойдёшь. Ему через город топать до усадьбы.

Узнать, сколько потрачено душ, он не мог, но заклинание не было таким уж сильным. Одну-две, скорее всего.

Самым противным было отдирать пригоревшую к коже ткань, её расплавившаяся основа выщипывала волосы из груди как восковые полоски.

— Ауч, аяяй, — наконец он избавился от налипшей пакости и, стоя голый по пояс, тоскливо заозирался.

Придётся брать одежду с трупов. По меньшей мере верхнюю. Он с омерзением снял наименее забрызганную кровью куртку и, поморщившись, надел на голое тела.

Холод его не беспокоил из-за способности Жнеца, но торс прикрыть надо. Так что рубашку и остальное он не взял.

Емировой руды у того, кто стрелял, практически не осталось — с полноготка, но Ник всё равно её забрал — хоть какая-то компенсация за причинённый ущерб. Ножи и прочий металлический хлам он спрятал в расщелину подальше от случайных взглядов, остальное съедят товарищи слизни и зубастые черви, с любопытством выглядывавшие из пещеры.