Возвращение Ворона

А сегодня по утру, к тебе придут и ты с отцом отпишете обратно наши поместья. Согласен?

Жаботинский кивнул.

— И сегодня же пойдёшь, ты пойдешь бить челом перед Великим Князем. Будешь просить, чтобы оговоренного тобой Протопопа Аввакума немедленно отпустили. Кто открыл портал вайтам? Кто виновен в этом? Отвечай!

Все услышали его ответ.

— Портал открыл мой брат. Признаю прилюдно. Но только протопопу Аввакуму это уже не поможет. Сегодня в полночь была назначена его казнь. Боюсь он уже не с нами

Федор поднял ко мне лицо и мерзко улыбнулся.

— Какая казнь, о чём ты? — я в ужасе осознал, что Жаботинский все в чем-то меня переиграл.

Он сумел оговорить и погубить ни в чем не повинного наставника.

Эх, мне бы сейчас обзор ворона. Я на мгновение закрыл глаза, но снова ничего не увидел. Связь с птицей отсутствовала.

— Где проходит казнь?

Жаботинский не торопился отвечать на вопрос. Но кто-то из толпы выкрикнул.

— На Болотной!

— Мразь! — выкрикнул я своему врагу и с силой толкнул его ногою в грудь.

Я обернулся к моему секунданту и поклонился

— Петр Иванович, мономахия окончена?

— Да отрок, ты победил. Поединок окончен

— Если я сейчас удалюсь, это будет нарушением кодекса поединков?

— Нет. Более того ты в праве требовать любой дополнительной компенсации. После победы, ты можешь забрать себе младшую сестру Жаботинских. Ты можешь делать с ней все, что пожелаешь. Она может быть твоей вечной прислугой.

Я вспомнил противную девчонку в училище, корчившую мне рожи, показывающую на меня пальцем и гогочащую громче всех, когда младший брат издевался над Киттей-Угольком, "раздев" ее при помощи магии.

— Все что захочу?

— Да.

— Тогда повелеваю ей выйти замуж за Ваську Губу.

Я не мог лишить Жаботинских боярского титула. Это было правом Великого Князя. Но мог сделать их всеобщим посмешищем. Теперь родство с Васькой-Губой сделает Жаботинских изгоями. С ними никто не захочет иметь дело.

По толпе прокатились смешки. Отец Жаботинский тревожно вздернул брови и нервно оглядывался.

Петр Иванович Львов был очень удивлен моими словами, но ничего не ответил.

— Желаете, что нибудь еще?

Я подскочил к нему и тихо сказал.

— Петр Иванович, Проследите, чтобы Губа освободил брата.

Он кивнул в знак согласия, притворно покашлял и сказал:

— Будет исполнено. У боярина Ильи Воронова больше нет желаний

Я ринулся к белому коню. Краем глаза я видел, как четверо расталкивали толпу и спешили мне наперерез.