Возвращение Ворона

Нам паника и истерики среди посадских не нужна.

— Можно еще вопрос…

— Да?

— Что будет с Жаботинским?

— Дума решит, скорее всего мы его отчислим, лишим силы и отправим на вечную ссылку на вулканы Камчатки.

— Если у меня есть право на просьбу, то прошу его простить и не наказывать.

В моей голове созрел план. Но Авва жестко пресек мою просьбу.

— Такое не прощают, он поставил под угрозу весь мир из-за своей неразумной обиды. Он сам спровоцировал конфликт с тобой. И должен ответить за свои глупые действия.

Авва рассказал, что всегда был против того, чтобы детей учили открывать и закрывать порталы смерти.

Но думское собрание наставников решило, что дети уже достаточно разумны и отклонила аргументы моего наставника.

Как выяснилось зря.

Я поблагодарил за помощь и беседу, спросил, когда мне будет разрешено навестить матушку.

Получив ответ, я вежливо откланялся и отправился в свою келью

Мне нужно было обдумать прожитое и услышанное.

Выйдя из кабинета Аввы, я направился прямо по коридору, из идущему через переход от здания титра к общежитию.

Ещё перед тем, как идти к зданию училища до схватки, я заметил, что кельи отличались друг от друга.

Когда я следовал по второму этажу, я невольно заглядывал в дверные окошечки. На этаже никого не было, все ученики остались внизу.

Мне было интересно кто здесь живёт.

Сначала мне показалось, что второй этаж был полностью отдан под женское крыло. И тут нет мужских келий.

Но на самом деле всё стояло иначе.

Некоторые кельи были такие же размеров, как и моя. Другие были больших размеров.

Сначала я думал, что большая площадь кельи обусловлена тем что в ней живёт больше людей. Логично же, что просторной келье помещается больше учеников.

Но как потом оказалось, что размер кельи зависел от ранга жильца.

Как ни странно, но самые просторные комнаты были предназначены для одного учащегося.

Здесь явно присутствовало социальное расслоение.

Видимо учащимся из бедных родов доставались маленькие клетушки с соседями, как моя.

Те, кто занимал более высокое положение, получали огромное роскошные комнаты со всеми удобствами.

По портрету темнокожего мужчины, висевшего на стене прямо напротив двери, я понял, что самые шикарные палаты занимала Киття-Уголёк.

Что же я не ждал никакой особой благодарности, но уже понимал, что мы можем сколотить очень даже нехилую команду. А может быть даже и клан.

Я вспомнил про неспящих. И одержимого.