Возвращение Ворона

Мне не хотелось бы делать вам больно.

— Нет, нет, всё в порядке.

Вода посмотрела на в сторону Огня. Он был самый старший из них.

— Может ты расскажешь? – обратилась она к нему.

— Почему не рассказать? Расскажу. Только давай так. Я тебе рассказываю, а ты мне тоже в ответ откровенно на наши вопросы отвечаешь.

– Хорошо, раз пошла такая беседа, то я готов. Но, если вы не хотите, то я не буду настаивать. Я вижу, что причина ненависти к Страфиль очень личная.

— Да. Очень личная. Действительно.

— Как убила? Это же было очень давно?

— Как не важно. Важно то, что Страфиль убила ее без причины. Просто ради своей прихоти.

— Мне очень жаль, сочувствую, – я понял, что они до сих пор очень болезненно воспринимают эти трагические события. Еще один повод поставить эту тварину на место, — не представляю, что значит ради прихоти, и что вам пришлось пережить.

— Ради своей прихоти значило – показать другим магам, что они беззащитны.

— Я уж постараюсь. Ладно, спрашивай.

— Мы знаем, что ты не отсюда и пришел в этот мир особым способом.

– Да, это так.

– Расскажи как и зачем ты пришел на самом деле.

Я потер виски. Как же им рассказать про Сьерра Лиона? Впрочем, это было отличным способом посвятить их в члены Клана Одержимого.

– Насколько вы мне доверяете? – спросил я моих друзей.

— Доверяем.

— Тогда я расскажу как попал сюда, а потом погружу в сон, чтобы вы узнали, кого я тут ищу. Я разберусь с ним после того, как Страфиль получит по заслугам.

***

Пушкинский Музей. Москва

— Молодой человек, вам нельзя вставать! —Я услышал требовательный женский голос, — мы отвезем вас в больницу.

Я встал, и пошатываясь, оглядывался по сторонам.

— Молодой человек вы слышите меня?

Я перевел недоумевающий взгляд на врача скорой. Я был обнажен по пояс, рядом с ней лежала моя футболка с изображением Джокера.

Я сделал шаг, чтобы забрать одежду.

Черт! Моя хромота вернулась.

Легкости в ногах больше не ощущалось.

У меня ужасно болела лопатка, я развернул голову назад, и покосился через плечо на спину чтобы разглядеть свою рану.

Ничего не видно.

Подобрав футболку, я попытался ее натянуть на себя.

Испуганные посетители музея стали возвращаться.