Страх вампира

Когда их стан полностью выпрямился, дерево уже почти ничто не удерживало. С улыбкой переглянувшись, они только подтолкнули его в нужную сторону. Гигантская махина обрушилась на вояк Талрона, разом прибив с десятка людей. Их предсмертный крик звучал так жутко... Он исходил из сжимающихся во мгновение гортаней, перебитых сломавшимися грудными клетками. Вся армия в один момент обратила внимание на ухмыляющихся зачинщиков. Они всё выкрикивали угрозы, словами и языком тела грозились вот-вот броситься растерзать их, но, как говорится, дальше слов дело не зашло.

.. Только безумец решился бы сразиться с ними в непроглядном лесу.

Обвенчавшиеся успехом, братья ринулись повторять подобное обрушение раз за разом. И когда вся армия уже осведомлена была об угрозе падения вековых древ, и когда они, предсказывая момент обрушения, разбегались от предполагаемой зоны поражения, вампиры одной силой рук перенаправляли траекторию падения древа, всё равно убивая десяток за десятком.

Чувствующие свою беззащитность, Талронцы стонали и всхлипывали.

Они угодили в безвыходную мясорубку. А старшины только и делали, что хлестали подчинённых по мордам - за проявление слабости. О состоянии передовой, где сражались две армии людей, забыли все, кроме тех, кто непосредственно там участвовал. Обрушение леса перенимало на себя всё внимание, и оказывать поддержку передовой - прекратили.

Предсказуемо, что люди Россланга, пользуясь моментом, совершат очередной прорыв. Передовую Талрона давили назад; отступая, они массово падали, запинаясь о внезапные стволы деревьев.

Тогда добить их оказывалось ещё проще, чем обычно.

Раненые вампиры уставали держаться в стороне от центра событий, постепенно возвращаясь к своему предводителю. Разделившись по двое, они продолжали начатое Баргеном и Швацем - такая мера эффективнее, нежели выставлять свои груди под удары мечей. Лес крушился беспрестанно, и скоро это заметили подчинённые Тракса. Их тоже изрядно помотали. Они конечно изумились принятой мере, но когда увидели, как она эффективна, то принялись делать то же самое.

Тогда от армии Талрона не осталось живого места...

Люди бежали. Всё, сражения не было. Не было никакой "передовой", центра резерва и тыла - оставались только места, откуда проще всего было уносить ноги. И тем, кто остался на передовой, повезло меньше всех. Их кололи в спины и затаптывали насмерть сотнями ног. Как Талрон обещал карать врага бескомпромиссно, так и с ним обходились взамен.