Конфеты

Пётр Орехов, отец мальчика по имени Олег, был старшим сыном, но глава рода собирался сделать наследником другого сына. Однако неожиданно скончался до одобрения изменения наследования титула.

Олежа Орехов был сослан в удалённую деревню, где жил практически наравне с крестьянами. Обучался грамоте в сельской школе, тщетно пытался освоить волшебство при помощи волшебной палочки, кольца или посоха, как остальные дети.

Затем мачеха забрала его в поместье. Это произошло сразу, как только умер дед по материнской линии Олега Петровича.

И далеко не плюшевым мишкой, а грушей для битья.

Тут нужно отметить, что братишки так же были изгоями со своим уровнем развития. Но Олеженька был прост и бесполезно позитивен, практически блаженен, оправдывая своих мучителей даже в момент, когда его сознание утекало, пока братишки тащили его на съедение ограм, находящимся за периметром волшебной безопасности.

И вот этот цветочек по имени Олежа Орехов – я, Ткач, от появления которого драконы в обморок падали…

Пока я был без сознания, как понимаю, меня вылечили, попутно это привело к восстановлению моего доступа к памяти, но не вернуло этому мякишу тело.

Когда я очнулся, вокруг никого не оказалось, но я определённо проснулся в каком-то странном месте.

Мои руки оказались прикованы к постели, стены, пол, потолок и окна были покрыты барьером, от которого так и пасло стихией разума.

Ну, цепь позволяла почти свободно принять пищу, которая представляла собой суп из пшена на воде… орки кормили меня лучше.

Удобства так же были представлены горшком, привинченным к стене. Хм, к нему шли какие-то трубы… а! В воспоминаниях Олеженьки оказалась правда об этом чуде местной техники. Это туалет этого мира!

Но только я воспользовался сим агрегатом, как в следующий миг смотровой засов на двери щёлкнул и тут же закрылся.

Через некоторое время засов снова открылся, почти сразу закрылся, и в комнату вошли двое.

Хм? А где страх? Где удавки, чтобы заблокировать моё волшебство?

Нет, всё же этот мир слишком расслаблен. Нет, изолятор с барьером они отгрохали просто шикарный, но входить сюда без защитных артефактов и щитов, а так же длинных удавок?

В прошлой жизни я семь раз оказывался в тюрьме, всегда в родной Феодории, никогда меня недооценивали.