Конфеты

Я начал быстро прогонять свою память, но лиц тех, кого приводила госпожа Ги в больницу, я так и не вспомнил.

– Ваша бабушка – Александра Артуровна? – Спросил я напрямую.

– Да. Хи-хи, я так и знала, что ты меня не запомнишь, я тогда специально намалевала себя косметикой почти в клоуна, не хотела ни за кого замуж выходить! Да и волосы были натурального цвета, как у Ту, но мне так нравится больше! – Затараторила Лей Каа.

– А, так вот что за паренёк, о котором ты рассказывала. А почему не сказала, что им оказался Орехов? – Удивилась Ту Ла.

– Какая разница, мнения это не поменяло, за него замуж я не хочу, – развела руки в стороны русоволосая гномиха.

– Карты Глаши убираем? – Проигнорировав нас, спросила эльфийка.

– Да, убираем, – кивнули две оставшиеся девушки.

Хм, как я понял, Глаша не разыгрывала передо мной стеснительность, а была такой. Однако это не объясняет ненависти. А вот зависть по отношению к абсолютно спокойной Таниэль теперь не была загадкой. Закрытый человек желал быть подобной такому пофигисту, как эльфийка.

Ну, неважно.

Далее последовали очередные партии, в ходе которых я разыгрывал из себя метающегося, сомневающегося, но рискового человека, идущего на блеф.

Вот только противники продолжали играть с разными целями.

Таниэль стремилась к победе, а гномихи играли в поддавки, сталкивая меня с эльфийкой.

Постепенно все фишки перекочевали именно к ней, после чего начались ва-банки.

Не зря есть местная поговорка: у гнома есть путь, у гномихи есть блуд.

Девушки этой расы отличаются весьма вольными нравами.

Даже при демонстрации безумной любви к одному мужчине, этим девушкам ничего не мешает проводить ночи с другими. Когда-то именно по этой причине в аптеки стали поставлять зелье «временного увеличения роста», считавшееся ранее боевым. Гномочки сметали его так, что его ценность стала весьма велика.

Где-то пять-шесть веков назад гномы вошли в различные общества самых разных стран.

Эта формулировка по отношению к гномочкам прижилась лет тридцать назад.

И вот сейчас я определённо стал целью для двух особ.

Искры их страсти ко мне не были даже в пятёрке их отношения к другим студентам или преподавателям, однако реализовывать свои планы они решили отчего-то именно с меня.