Конфеты

Через три минуты я спустился вслед за дамой со скрытым лицом в роскошное помещение, выполненное в чёрных и тёмно-серых тонах с редкими вкраплениями белого металла.

Скамейки и столы были из какого-то затемнённого дерева, а всё остальное было смесью матового и глянцевого чёрного камня, освещаемого множеством чёрных светильников с неприятно белым светом электрических ламп. Интересно, как еда при таком будет выглядеть?

Я прошёл вместе со служанкой или секретаршей до отдельной стены:

– Нажмите на табличку с номером меню, которое Вам больше всего нравится, – произнесла она.

Я не стал читать, просто прожал номер 3. Какая разница, что есть, если не отравлено?

– Когда поедите, Вас будет ожидать персональный слуга у выхода, – сообщила женщина и удалилась.

Тем временем в помещение вместе с нарастающим шумом влетел поток людей.

Тц, а я-то надеялся на тишину, мне здесь начинало нравиться.

– А кто это на нашем месте, Гриш? – раздалось около меня.

– Какой-то дрыщ, Ваше Благородие. Прогнать? – спросил второй голос.

Я отодвинул обжигающе горячий гороховый суп в сторону. Нет, мне определённо тут нравится. Я встал и посмотрел на пару высоких ребят с мощной аурой у каждого:

– Проблемы, господа?

Глава 17

– Ваше Благородие, граф, этот заморыш в обносках спрашивает, есть ли у нас проблемы? – спросил молодой мужчина в чёрной форме стоявшего рядом с ним юношу в золотисто-жёлтой мантии.

При просмотре толпы местных студентов было понятно, что те делились на три категории: чёрные мантии с золотыми воротниками, тёмно-зелёные мантии и свободная одежда тёмных тонов.

Золотые мантии определённо относились к богачам, но, скорее всего, всё же к аристократам. У них было по несколько артефактов, но у некоторых только ученический.

У зелёных соотношение было обратным, у большинства ученический артефакт, у единиц нечто особое.

У прислуги, а именно она носила серую и чёрную одежду, ауры иногда были достаточно мощными, но только у единиц были артефакты. Зачастую у тех кто был рядом с золотыми мантиями с множеством волшебных предметов.

И вот одна из подобных парочек была передо мной.

Одежда на мне была та, которую мне выдала гномиха: чёрные штаны, белая футболка с непонятной надписью «I love dwarf girls!»

Эх, Олежа не учил иностранные языки, а мои познания не позволяли даже прочитать это. Хотя в школе моё блаженное «Я» проходило сразу несколько языков, но этот чудак учил только эльфийский и гномий, да и то на весьма посредственном уровне.