Прибытие

И хотя меня просто раздирало от желания возмутиться и начать спорить, но я вовремя язык прикусил, чтобы не выставлять себя идиотом. Дед же задумчиво посмотрел на меня, потом перевёл взгляд на Дашу.

— При одном условии, Дашенька, что Роме ваши исследования не повредят. — Он смотрел на неё очень тяжёлым взглядом, который она не смогла выдержать, и опустила глаза.

— Это не подразумевалось. Хотя я думаю, что знаю, чего вы опасаетесь. Что я могу в исследовательском порыве далеко зайти. Но, я всё-таки не учёный, я целитель.

— Хорошо, — дед кивнул. — А у самого Романа вы не хотите спросить, хочет ли он стать подопытным кроликом?

— Зачем? Если глава его рода даст мне добро, то как на что-то может повлиять его личное решение? — удивлённо спросила Даша, а мы быстро переглянулись. О-очень интересно.

— Действительно, как, — пробормотал я. А вслух произнёс. — Пойдёмте, Дарья, я вас провожу до дома.

— В этом нет необходимости, — она улыбнулась. — Меня никто не тронет.

— Вы этого не знаете, дебилов везде хватает, — я покачал головой.

— Нападение на целителя карается смертной казнью, независимо от социального положения, которое занимает нападающий. Это вынужденная мера. На неё пошёл ещё император Василий пятый, чтобы решить проблему недостатка целителей в провинции. В посёлки же девушки в основном едут, и когда закона не было, это действительно было опасно.

— Хорошо, считайте, что я таким образом хочу узнать, где вы живёте, — вздохнул я.

— Зачем? — снова удивилась она.

— Как это, зачем? А как я буду за вами ухаживать? Петь тошнотворные песни по ночам под окнами, приносить по утрам цветы с ближайшей клумбы и писать под окнами идиотские признания? — спросил я, с совершенно серьёзной мордой.

— А, ну если для этого, — протянула девушка. — И как, действует? — спросила она шёпотом.

— Конечно, — я сделал шаг к двери. — Соседям эти концерты и оборванные клумбы быстро надоедают, и они начнут к вам ходить по очереди, а то и толпой, чтобы вы уже снизошли до идиота, который мешает им спать по ночам. А так как вы девушка сострадательная, то вполне можете пожалеть несчастных и впустите меня к себе, лишь бы я хоть на несколько часов заткнулся. Безотказный способ, — и, не удержавшись, я улыбнулся и подмигнул им.