Прибытие

— Я вас доведу до замка. Всё равно туда идти. Моя деревня в двух километрах от замка. Мы личный вассалитет у господ Охотников имеем. Только вы не сможете войти. Никто не может туда войти. И мы не знаем, что творится в замке. А хозяев уже давно никто не видел. И из столицы никаких вестей.

— Да, дела, — дед поскрёб подбородок. — Но мы всё равно рискнём.

— Дело ваше, тем более, если вы тоже Охотники, то, может быть, вам откроют. — Митяй смотрел на нас с нескрываемым любопытством. Я же не отрывал взгляда от тел. Они были облачены в дикую смесь старой немецкой формы времён войны и доспехов.

— Ничего не понимаю. Откуда мечи, да и вот это, — я постучал по нагрудной броне. — Ты от выстрелов не побежал, значит, что такое огнестрел знаешь. Дирижабль опять же. — Да и Вюрт вроде говорил, что прогресс здесь идёт. Медленно, но идёт, добавил я про себя. И вдруг вот это. — Почему мечи, а, Митяй?

— Господин барон говорил, что для пороха нужны компоненты, которых очень мало. Только на самый крайний случай! — Митяй поднял вверх палец.

— А когда перевал заблокировало портальным окном, из которого постоянно твари какие-то прут, так мы отрезаны оказались от остальной части империи. Дирижабли малые ещё прорываются, но и для них проблема существует. Вот и пришлось взяться за мечи, да луки с арбалетами вспомнить. И бензина нет, чтобы машины заправлять...

— Поэтому лошади. Добро пожаловать в наступающее средневековье, — я даже ругнулся сгоряча. А потом повернулся к всё ещё дымящейся туше. — Его жрать можно? — спросил я хмуро у парня.

— Ну да. Свинина — она и есть свинина. А то, что кабан изменённый — так это даже лучше, ну, для тех, кто его добыл, естественно. Вон те шипы на спине — их алхимики и целители берут. Они в мазях от ожогов используются. Не так чтобы дорого, но за все десять серебряных рублей получить можно. Бумажные-то давно не в ходу. Банки их уже давно изъяли из оборота. Заменить-то нечем. Не самим же печатать.

— Банки сами печатать деньги не имеют права. — Дед задумчиво смотрел на Митяя.

— Сколько и чего можно на один серебряный рубль взять?

— Ну, можно три дня одному человеку в таверне жить на полном обеспечении. — Прикинув что-то в уме, ответил Митяй.

— Негусто, но на первое время сойдёт, — пробормотал дед. — Кто из них твой наниматель?

— Вот этот, — Митяй указал на тело мужчины, рядом с которым я сидел. — Марк фон Вирген. Он то ли двоюродный племянник, то ли свояк барона фон Майснера. Ну и является вассалом господина барона.