Прибытие

— Что, Серёга, ещё не забыл шпреханье? — это первое, что сказал дед, когда мы все осознали, что голова и правда разговаривает.

— А как же, хенде хох, ёптить, — проговорил Сергей, не сводя взгляда с головы.

— Как я могу поднять руки, русская свинья, если у меня нет рук? — зарычала голова фон Вюрта.

— О, начинается, старые песни о главном. — Проговорил я на языке, на котором орала голова, и подошёл поближе.

Я знаю немецкий. Дед в своё время постарался, чтобы я очень хорошо знал немецкий и английский. Так что проблем с пониманием у меня не было.

Сам дед тоже отлично знал эти языки. Я даже видел у него Шиллера в оригинале, один из трофеев, как дед говорил, грустно усмехаясь при этом.

— О чём ты говоришь, щенок? — продолжала визжать голова.

— О жизни, о музыке, о любви, — я вытащил свой посеребрённый нож и приставил к правому глазу головы сразу под нижним веком. — Как думаешь, тебе пойдёт образ Кутузова? Или тебе ближе Нельсон?

— Роман! Отойди, — раздался за спиной окрик деда.

— Нет, — я покачал головой.

Горло всё ещё болело, и единственное, чего мне хотелось, — это сжечь эту пакость к чёртовой матери. С другой стороны, я прекрасно осознавал, что это наш, возможно, единственный источник информации, поэтому не спешил осуществлять свою угрозу.

— Немедленно отнеси меня к моему телу, а ещё лучше в замок Вольфсангель, и, возможно, ты останешься жив. Хотя вряд ли. Скорее всего, ты сможешь получить быструю милосердную смерть.

— С удовольствием, — я схватил голову за волосы и пошёл вместе с ней к догорающему костру.

— Не помню, на каком именно догорает твоя туша, но не переживай, с твоим приятелем ты пробудешь недолго, если я всё-таки ошибусь.

— Ты чего, парень, ты чего? — голова дёрнулась, но я только поудобнее перехватил её за волосы и сделал замах. — Эй, давай договоримся!

— А что так? Уже не хочется поближе к телу оказаться? — я поднял голову, чтобы посмотреть в глаза.

Глаза, кстати, уже не были красными. Они были очень светлыми, голубыми. Красивый был фриц, наверняка девки от одного вида в обморок падали.

Да ещё и из баронства. Фон Вюрт, как никак.

— Что-то не хочется. — Призналась голова. — Как вы вообще умудрились их поджечь? Гомункулы невозможно сжечь.

— Ах, вот почему мы никак эту дрянь сжечь не могли, — Сергей покачал головой, подошёл к первому костру и удовлетворённо кивнул. — Ну вот, а ты говоришь, Саня, что самогон не впрок пошёл. И пару десятков лет скинули, и вон гомункулов жечь научились.

— Что он говорит? — обратилась ко мне голова.