Прибытие

Практически сразу за дорогой, ведущей к мосту, стояла весьма живописная роща. А в этой роще весьма вольготно расположился довольно большой отряд во главе с тем капитаном, которого я видел возле дома Даши.

Капитан что-то сказал, и к нему с недовольной мордой подошёл Митяй. Мониторы звук не передавали, поэтому мы не могли понять, о чём они говоря. Как-то так получилось, что по губам я читать не умею.

Капитан показал рукой на замок, но Митяй только покачал головой. Тогда капитан сложил довольно внушительный кулак и ткнул в морду Митьке.

— Они ведь явно нас дожидаются, — задумчиво произнёс дед. — И у меня возник насущный вопрос, зачем?

— Пока не спросим, не узнаем, — я отошёл от мониторов. — Хозяйка.

— Да, Хранитель.

— Оставь инструкцию на этой странице, чтобы мне не искать, где остановился.

— Я не трогаю настроек и вещей Хранителя до особых распоряжений. — Сообщала мне Хозяйка.

— Вот и хорошо. Другие Охотники имеют допуск в эту комнату?

— Да. Только Охотники имеют сюда допуск. И только глава рода и клана имеет право отменять распоряжения Хранителя, — добавила Хозяйка.

— Если я уйду, они не останутся здесь запертыми? — продолжал я задавать наводящие вопросы, чтобы избежать возможных недоразумений.

— Нет, Хранитель.

— Зови меня Роман, у меня от Хранителя свежевылеченные зубы ныть начинают.

— Изменение в общении принято, Роман.

— Дед, я сейчас кофе попью и в город смотаюсь. — Я подошёл к деду, привлекая его внимание.

— Зачем? — он нахмурился.

— Пожрать что-нибудь нормальное куплю, Дашу навещу. Надо узнать, она сюда заглянет, чтобы тебя осмотреть, или к ней надо будет идти. Пальцы заодно подлечу, болят, зараза. Ну, и заодно узнаю, что этим господам надо. За каким хреном они нас ждут. — Добавил я довольно тихо.

— Сходишь, Ромка, только не сейчас, — хмуро перебил меня Сергей. — Может, я и ошибаюсь, но, по моему разумению, вот это самый натуральный прорыв, — и он кивнул на монитор. — Недалеко отсюда, пешком дойти можно.

Я с замирающим сердцем подошёл к монитору. На небольшой лесной поляне словно воздух исказился, создавая нечто, похожее на воронку.