По закону зверя

Но где – не помню. Пошли, нас ждут.

Александр оглянулся в сторону темного провала, пристально всматриваясь в холодный сумрак. Где‑то за развалинами стен, в лесной чаще, скрывающей некогда живой, полный людей город, протяжно закричала одинокая лесная птица. Подул ветер, донося из провала запах сырого мха. Олзир растаял словно призрак. Только лодка монотонно покачивалась на речных волнах у берега

– О чем ты говорил с ним? – спросил Александра Сильгур, когда тот поднялся на борт корабля.

– Пытался узнать подробнее, где мы.

– И что?

– Ты же видел. Он ушел.

– Он тебе говорил что‑то. Что?

– Он сказал, что мы все узнаем там, – Александр мотнул головой в направлении движения реки.

– Загадками говорил, значит, – нахмурился Сильгур.

– Да, загадками.

– Так‑так, – задумчиво произнес Сильгур. – Похоже, что этот отшельник просто немного не в себе. Первый человек, встретившийся нам за туманом, ненормальный. Нормальные люди не живут в таких местах. Хотя еще неизвестно, что там дальше будет. Хорошее начало. Я бы выставил кораблей десять вперед в боевое охранение.

– Согласен, – мрачно кивнул Александр. – Дай команду. Десять кораблей вперед! Всем полная боевая готовность! Следить за берегами!

Гребцы медленно выводили флагман на середину реки. Над водой раздался троекратный звук трубы. Десять кораблей отделились от общей массы флотилии и ушли вперед. Встречный порыв ветра, ворвавшийся в долину реки со стороны черных туч, клубившихся на горизонте, вздыбил водную гладь. Паруса затрепетали, забились беспорядочно.

Встречный ветер усиливался, словно кто‑то невидимый, скрывающийся там, за горизонтом, очень не хотел, чтобы корабли двигались вперед.

– Убрать паруса! – скомандовал Сильгур.

Поперечина с парусом на флагмане опустилась одновременно с парусами других кораблей. Гребцы дружно ударили в весла, и вся армада двинулась дальше, навстречу громоздящимся друг на друга черным грозовым тучам.

* * *

Волк почувствовал запах, странный, незнакомый. Здесь давно жили люди. Но они ушли или умерли. Это было так давно, что их каменные разрушенные логова ничем не отличались от заросших мхами серых скал.

Волк медленно пробирался среди древних развалин. Эти камни давно устали хранить в себе запахи тех, кто приходил в этот мир, разводил огонь, готовил пищу, радовался и огорчался, любил и ненавидел, защищал эти стены от врагов. Камни хранили молчание.

Волк остановился, настороженно всматриваясь в сумрак среди ветвей вековых деревьев, взломавших своими корнями древние стены.