По закону зверя

С новой силой внутри Александра поднялось чувство, что он уже видел это. Где? Когда?

– Смотри, пещера! – Паша указал рукой на едва заметную черную точку на склоне горы.

– Похоже, что это она, – тихо произнес Александр.

– Кто – она? – переспросил Сильгур.

– Пещера, о которой говорил мне Ахарунг. Поднимай вымпел. И дай сигнал. Остановимся у левого берега. Ночью поднимемся к пещере.

– Ночью? – переспросил Паша. – Зачем ночью‑то?

– А когда? Сейчас? Уже темнеет. Пока к берегу пристанем, пока лагерь разобьем… Да и спокойнее ночью.

– Ночью темно, – неуверенно возразил Паша.

– Ты хочешь дождаться утра? Утром мы должны быть у ворот. Нам нельзя терять время, – жестко произнес Александр.

– Ладно, уговорил, – неохотно согласился Паша, поглядывая в сторону горы, где уже ясно просматривался темный зев пещеры.

Над рекой, отражаясь долгим эхом от каменных круч, разнесся звук трубы. На мачте флагмана поднялся красный треугольный вымпел – приказ кораблям на остановку в пути, последнюю ночную стоянку перед северными воротами.

* * *

Старый зверь осторожно приблизился к кромке обрыва. Полная луна призрачно освещала широкую панораму, открывающуюся с высоты горы. Словно звезды, упавшие с неба, полыхали бесчисленные костры, зажженные стаей двуногих. Волк улавливал носом запахи жареного мяса. Он не любил этот запах, как не любил все, что оставляло после себя огонь – злейший враг лесных обитателей.

Пробираясь по густым лесам, широким перелескам, а теперь и по бескрайней степи, он упорно двигался за этой стаей, надеясь, что она приведет его в места, изобилующие живностью, служившей пищей для него. Вся его звериная природа жаждала хорошей охоты. Он знал, что где‑то здесь рядом находится граница мира. Инстинкт, доставшийся ему в наследство от предков, соплеменников, а также от самой природы, подсказывал ему это. До сего времени еще ни разу он не оставлял следы своих лап на этом обрыве, никогда не метил ни одного дерева, ни одного камня в этих местах.

Волк чувствовал опасность. Но она исходила не от тех, что остановились внизу, хотя их было много, очень много и каждый из них был опасен для зверя. Нет, опасность исходила не от них.