Гном 2: Орден стражей

Ты в ордене главный, никто не будет торопить.

— Как же мне сейчас не хватает деда с дядей Гурдом, — глубоко вздохнул молодой гном.

***

Прошло время. Ведьма разослала со своими воронам маленькие записки всем стражам, в которых было велено возвращаться в крепость. Гномы начали потихоньку приходить, все знали, будет собрание, но никто не знал по какому поводу. Командор запретил друзьям болтать на эту тему. Чуть позже вернулся и Хард. Тахон встретил его на площади перед воротами главного зала вместе с двумя стражами.

— Соскучился, командор? — тяжелым басом проговорил гном в тяжелых стальных доспехах. — По какому поводу собрание?

— Страж ордена Хард, ты арестован, — громко и четко проговорил Тахон, стараясь, чтобы голос звучал как можно уверенней. — Вскоре над тобой проведем суд в присутствии всех членов ордена, когда прибудут задерживающиеся гномы.

— В чем меня обвиняют? — удивленно спросил боевой гном.

— Обвинение будет выдвинуто на самом суде, а пока проводят в твою комнату, и выставят перед дверью охрану, — Тахон повернул голову в сторону одного из стражей и добавил, — Кормить и поить столько, сколько ему нужно, до решения суда он считается невиновным.

Стражи подошли к Харду с двух сторон и попросили добровольно сдать оружие. Боевой гном снял двуручный топор с креплений на спине и протянул собратьям. После отстегнул ремешок от закрепленных на поясе ножен из толстой грубой кожи, вынул из них стальной кинжал ручной мастерской работы и протянул командору.

— Пусть у тебя полежит, — грубым голосом произнес Хард.

— Он будет в целости и сохранности, — ответил Тахон, развернулся и пошел в сторону башни командора.

Стражи сопроводили Харда в его комнату, выдали чистое и сухое постельное белье, одежду и запас колотых дров на несколько дней. Ихард прикатил пару бочек медового кваса и десяток жареных кур с хрустящей корочкой.

— Эх, может мне сбегать и дать по морде кому-нибудь из стражей? — ухмыльнулся Ихард, желая поддержать расстроившегося собрата.

Хард расхохотался, его грубый бас раздался на всю крепость. Дверь в комнату захлопнулась и стражи накинули толстый металлический засов на скобы. Двое остались возле двери, а третий, по приказу командора стоял у выхода из мужского крыла. На тот случай, если арестованный все же прорвется, в его обязанности входило громко всем сообщить.