Доставь или умри

Вспышка молнии охватила площадь вновь, но на этот раз и двигающегося через неё человека. Курьер закутан в чёрный плащ и слегка горбится под напором ливня. Вода плещет из-под сапог, и каждый шаг порождает мелодичный звук удара о мокрый камень. Нечто привлекло внимание и курьер подошёл к статуе, походя сделал священный жест: коснулся тремя пальцами лба, а затем сердца. Остановился, озадаченно смотря на нечто лежащее в ногах бога.

Корзина, видавшая виды, из прорех торчит солома, а содержимое скрыто за куском плотной ткани.

Курьер приблизился, приподнял её и сразу отступил на два шага. Быстро взглянул в каменное лицо бога и вновь на корзину. Нервно повторил жест.

Внутри ребёнок, младенец пары месяцев от роду. Промокший и успевший посинеть от переохлаждения, но ещё живой… пока живой. А ещё от него ощутимо воняет.

Курьер поколебался, взял корзину и направился к храму. Поднявшись по скользким ступеням, загремел кулаком в дверь. Оглянулся, надеясь в очередной вспышке молнии разглядеть того, кто оставил корзину.

Тщетно, неизвестный «родитель» скрылся задолго до его появления.

За дверью появились шаркающие шаги, грохнула щеколда и на уровне глаз открылась смотровая щель. Узкая полоса света упёрлась в курьера и спустя секунду тишины загремел засов. Дверь отворилась, и мужчина шагнул внутрь. Монах-привратник поклонился и замер, глядя на корзину, спросил осторожно:

– Новая посылка, брат?

– Увы.

Курьер снял тряпку, и монах умолк, глядя на младенца.

Молчал долго, сбитый с толку, затем взял корзину и вновь поклонился.

– Мы сделаем, что сможем, отдыхайте.

Подбежавший прислужник перенял плащ, а курьер прошёл в отдельную комнату. Запер за собой дверь и остановился, оглядываясь. Стены задрапированы чёрным бархатом и пробковым деревом. Компактный диванчик, стол и табурет. На одной, раздвинув отделку красуется деревянная решётка, что не даёт рассмотреть помещение за ней. Однако там горит свет и рядом сидит человек, чей силуэт виден отчётливо.

Курьер подвинул табурет, сел и наклонился, складывая руки в молитвенном жесте, забормотал под нос:

– Даруй мне мудрость и силу, Илмир, бог Знания. Направь на путь просвещения. Благослови меня остротой ума и памяти, чтобы я мог воспринять всё, чему научился и всё, что слышал, и смог применить это с умением и проницательностью. Пусть твой свет всегда светит на меня, ибо я чту тебя во всём, что делаю. От страха и сомнений, защити меня, Илмир.