Игры Камня

Вот что даёт нам благо. Вот что обеспечивает нас. Лазеры, роботизированные руки, механизмы испускающие различные волны, электрические приборы и генераторы, биологические препараты…

На следующий день, ранним утром, мы покинули эту базу в скале и отправились дальше на юг.

Под нами проплывали луга, зелёные обширные просторы. Иногда можно было заметить животных, бродящих по ним, поселений или групп ииташи мы не встретили, люди-птицы тоже не попадались. Пару раз зелёную равнину под нами перерезали реки. Истоки их были севернее, текли они на юг, и там в конце должны впадать в море.

Несколько часов мы провели в пути. И, чем дальше мы летели, тем мрачней становилась местность внизу. Зелёные равнины превратились в серые, безжизненные пустоши. Исчезла растительность, животные, почва стала каменистой и цветом напоминала какое-то пепелище или гангрену на теле.

– Здесь какие-то отравленные земли? – спросил я у Камня. – Как в случае с той ядовитой рекой, на которую мы наткнулись, когда летели в Эндрокс?

– Примерно так, дружище.

Только сейчас это вовсе не утечка отходов и химикатов с базы Ва’эллемпир. Отравление данной местности – как говорят мне данные с моих химических анализаторов – имеет естественное происхождение.

– Естественное?! В этом мире есть ядовитые вещества естественного происхождения, способные вызывать вымирание целых областей?

– А чему ты удивляешься, дружище?! Подобное имеется на любой планете – я имею в виду, даже обитаемой – в любом мире. Даже на вашей родной планете имелись естественные, природные вещества, способные погубить всю жизнь на ней.

Ядовитые газы, сера, радиоактивные элементы.

– Зачем мы направляемся в эту местность? – спросила Инсаэлия. – Разве не опасно здесь находиться?

– Опасно, друг Инсаэлия, но мне нужны материалы, которые вызвали отравление данной области – это во-первых. А во-вторых, Врата, через которые можно попасть в ваш родной мир, как раз находятся прямо по курсу. Мы убиваем – как там ты говорила? – двух зайцев сразу.

Курс наш постепенно менялся с южного направления на восточное, и, чем дальше мы продвигались, тем темнее и отвратительней выглядели просторы внизу.

Местность всё больше напоминала гангрену, только не на теле человека, а на теле земли. Можно было видеть странные серые и фиолетовые испарения, выходящие из трещин сухой безжизненной почвы, взвивающиеся вверх клубами. Казалось, стоит живому существу ступить на поверхность данной территории – и он мгновенно будет убит ядовитой окружающей средой.