Железный Феникс 2

— Вот бы он работал…

И тут наша красная рыбка «Лямур» вздрагивает всем корпусом. И начинает куда-то проваливаться.

— Держииись! — вопит Илисей. Мы с Гайлой инстинктивно хватаемся друг за друга, а между нами втискивается настырная фея.

В животе ухает, а катер дёргает вверх, задирая нос до невозможности. Рывок — и наше судно выстреливает вверх, будто из рогатки. Ускорение размазывает нас по спинкам кресел. Благо, длится лишь несколько секунд. Затем движение замедляется и прекращается полностью, а катер возвращается в нормальное положение, вот только висит на высоте нескольких метров над поверхностью океана.

— Что это было? — Нинон бросается на палубу и выглядывает за борт. — Ого!

Ждать объяснений недосуг, поэтому мы высыпаем следом. Чтобы увидеть разверзнувшуюся среди пучины гигантскую дыру. Будто колоссальная каменная рыба приоткрыла рот, да так и застыла, ожидая, что испуганная добыча сама туда свалится. Вон, даже зубы у неё видны.

— Мда, — с видимым удовольствием тянет Илисей.

— Оно живое? — Гайла будто примеривается, как бы половчее прикончить эту неведомую зверушку.

— Так и не угадаешь, барышня, — качает головой капитан. — Если только вниз спуститься. Но таких дураков, поди, нет. Надо столичных магов вызывать, я так думаю.

Гайла кивает и хмуро смотрит вниз, явно прикидывая, как лучше поступить. Ведь конкретного задания нам не давали.

Рогатый дрейни, который всё это время торчит на палубе рядом с нами, вдруг вздрагивает и издаёт неясный звук.

— Э, уважаемый, — трогает его за плечо капитан. — Вы бы поаккуратнее что ли…

Но зеленоволосый его даже не слышит. Вскидывается, будто почуявшая дичь охотничья собака.

— Нашёл! — невнятно бормочет он.

И прыгает за борт.

Глава 14. Разброд и шатания

Чернокожая фея слетает следом. Пальцы капитана Илисея, готовые ухватить бестолкового дрейни за ногу, цапают пустоту.

— Да будет проклят тот день, когда я связался с этим идиотом! — завершает яростную тираду капитан. — И вообще! Последний раз по постоплате работаю!

— Закончили, капитан? — голос Гайлы сухой и деловитый. Настолько, что подвыдохшийся Илисей просто кивает. — Тогда идём внутрь, будем решать, что делать.