Железный Феникс 2

— Как там она называется?

— Райские Кущи, — мрачно отзывается девушка. — И я представляла себе это место по-другому.

— Гля, народ, новые ратники подъехали! — совсем рядом раздаётся зычный голос. — Везёт же нам!

Со всех сторон, из-за облезлых углов близлежащих домов и из тёмных подворотен к нам подгребают обшарпанного вида личности. Грязные, побитые, с явными следами пьянства на физиономиях. В руках многие из них недвусмысленно сжимают дрыны и импровизированные дубины. У одного даже меч имеется — такой ржавый, что им только воробьёв пугать.

Нападать, впрочем, пришельцы не спешат, просто разглядывают. Но кажется мне, что это ненадолго.

— Дело государственной важности, — резко произносит Гайла. — Немедленно сопроводите нас к градоуправе.

Из толпы слышатся смешки и отдельные реплики.

— Ишь ты, в гадуправу им надо.

— Баба! Правда баба что ль?

— Лови нежней, авось деньгу побольше отвалят.

— Сперва этих двух охламонов сдадим, а бабцу попозжа.

— После тебя её ток выкинуть, засранец.

Не похожи эти ребята на добропорядочных горожан, ой, не похожи. Разве не правильнее будет напасть на них сейчас, пока они ещё не перешли от слов к делу?

Смотрю по очереди на своих соратников — сказано ведь было во всём их слушаться. Райт равнодушно щурится на солнышке, стараясь не слишком зевать. Такое ощущение, что его происходящее совсем не касается. Гайла, которую вовсю продолжают обсуждать, тоже спокойна и сосредоточена. Она даже прикрывает глаза и слегка разводит руки в стороны.

Мгновение — и я вижу вокруг нас до боли знакомые чёрные нити. А в следующий миг веселящиеся бандиты бросаются друг на друга. Орут от ужаса, не понимая, что происходит. Но продолжают колошматить всех, кто под руку подвернётся.

Крики боли, звуки ударов, треск ломающихся костей — больше всего на свете хочется закрыть глаза и уши. Но я старательно отрешаюсь от происходящего и оглядываюсь по сторонам в поисках возможной опасности.

Ведь Гайла — а это побоище устроила именно она! — выглядит сейчас совершенно беззащитной.

Кажется, что время тянется бесконечно. На деле проходит лишь несколько минут до того мгновения, когда всё стихает. От разлитого в знойном воздухе запаха крови и прочей дряни мутит. Мы втроём стоим будто в кругу, очерченном красным.