Железный Феникс 2

— Тогда мы пойдём! — сообщает рыжая, настырно стягивая только-только угнездившегося Захара с законного места. — Не будем терять времени. Сначала расспросим Баишо…

Девушка, подталкивая перед собой обречённо вздыхающего парня, удаляется. Мы втроём — я, Гайла и по-прежнему тихая Эфения — не задерживаемся тоже. Раньше сядем — раньше выйдем, чего уж.

Бодро топаем по коридору, когда в уши ввинчивается возмущённый вопль:

— Это с какой это стати вы её искать не будете, а?! Я требую объяснений!

Вскоре мы видим источник этого шума — бородатого здоровяка в цветной одежде.

Он нависает над бледным молодым ратником, который, видимо, выполняет тут функцию дежурного. И выполняет он её из рук вон плохо! Разве не его обязанность держать посетителей в рамках приличий?

— Успокойтесь, господин, — мямлит ратник. — Вы не смогли предоставить необходимые документы, так что по факту эта собственность вам не пренадлежит…

— Да с какого перепугу не принадлежит-то?! — ревёт возмущённый здоровяк.

— Я ж сто раз объяснял: документы эта тварь то ли попортила, то ли украла. Я что, врать буду?!

— На месте происшествия не сохранилось никаких улик, — разводит дрожащими руками ратник. — Ничем не можем вам помочь, господин.

Бородач взмахивает ручищей, будто собирается ударить дежурного. Но в последний момент меняет траекторию движения ладони и она проносится над головой незадачливого ратника.

— Понабрали… неучей… — злобно цедит мужик, разворачиваясь, чтобы уйти.

И тут видит нас.

Его глаза круглеют, рот открывается, а мясистый палец тычет в мою сторону.

— А это кто по-вашему, а? — мужик бешено оборачивается к ратнику. — Вон же она, зараза!

На всякий случай оборачиваюсь — ну а вдруг та самая зараза притаилась где-то за моей спиной. Пусто!

— Ты это мне? — уточняю угрожающе. Не дело это — спускать наглость всяким пёстрым попугаям. Никогда ни перед кем не трясся и начинать не собираюсь.

— Нужен ты мне больно! — отмахивается бородач.

— Слышь, Фейка, иди-ка сюда по-хорошему.

До меня наконец доходит, что обращается он к висящей на моей шее фейри. А та, кажется, только о том и мечтает, чтобы провалиться сквозь землю. Видеть я её не могу, но отчего-то отчётливо это ощущаю.

— Никакой Фейки тут нет, не было и не будет, — сообщаю распоясавшемуся попугаю как можно спокойнее. — А вот тебе, дядя, не помешало бы извиниться.

И так разъярённый мужик ещё ядрёнее багровеет.