Кровь дракона

Думаю ряд экспериментов мог бы помочь...

На этот раз за ящерицей потянулся Кафка. Но та явно не собиралась позволять ставить над собой эксперименты. Подтянув под себя лапки она неожиданно... исчезла!

— Рю! — теперь уже я возмутился. — Какие еще эксперименты? Она живая и разумная. И я вообще-то пригласил ее за наш стол. А ты ее напугал! Она даже рыбу свою не доела.

— Да как-то невежливо, — подтвердил Сабуро, — сами едим, а гостью испугали и прогнали.

— Я и мои друзья просим простить нас за наше необдуманное поведение, — хорошо поставленным голосом проговорила Фрея, — если Вам будет угодно, мы были бы рады вашему возвращению за наш стол.

— А девчонка не безнадежна, какое-то воспитание ей все же дали, — проговорила ящерица, которая появилась так же быстро, как и пропала, и принялась доедать свою рыбу.

— Вернулась, — Сабуро искренне улыбнулся, радуясь что дух на нас не обижается, — А остальные духи не в обиде, что мы их не пригласили к столу Особенно после того.. Ну после этого порошка, что господин Данслейн утром рассыпал.

Я задумался. Сабуро при всей своей простоте пожалуй говорит правильные вещи. Я утром обидел духов, а поднесенное молоко с каплей крови это еще не извинение.

— Уважаемые духи, живущие в этом гостеприимном доме, — проговорил я копируя манеру Фреи, если вам будет угодно, то я и мои друзья сочтем за честь разделить с вами трапезу за этим столом.

Я произнес эти слова и все мы замерли в ожидании кроме ящерицы, которая продолжала невозмутимо хомячить рыбу.

С пол минуты ничего не происходило. Потом неожиданно рядом с тарелкой Кафки появилась волосатая лапка и схватила горсть риса.

— Всех могли и не звать, — проговорила ящерица, доевшая свою рыбу, много чести для них, — Ну да воля ваша, как и еда. Подай ка мне риса, пока они все здесь не подмели подчистую.

За столом со всех сторон начали появляться существа довольно оригинальной наружности. Большинство напоминало небольших зверьков: мышей, хорьков, и даже кротов, за исключением одного духа, который имел вид мохнатого старичка с кривыми ножками и ростом чуть больше пальца.

Мы, как приличные хозяева, стали подавать пришедшим кусочки рыбы и рис, запас которых начал стремительно сокращаться. Среди довольного чавканья раздавалось: «Вкусно..., ням-ням..., хорошие..., рыбка...» Какой-то связной речи не наблюдалось.

Ящерица, которой я положил горку риса с овощами бесцеремонно оттолкнула чью-то лапку, потянувшуюся к ее «тарелке».