Кровь дракона

С одной стороны, я ведь ничего не должен прошлому владельцу тела. По крайней мере, если бы был должен, знал бы об этом и о наказании за расторжение сделки. С другой стороны, у меня просто нет выбора. Тело и внешность принадлежат Ризадо. Следовательно, пока клан Крадо существует, я просто не смогу спокойно спать. Ублюдок Гвидо, порезавший мое ухо, не остановится, тем более, после моего удара. Но Крадо — это полбеды. У Ризадо была сестра, и если она все еще жива, то мое бездействие создаст мне дополнительно минимум одного врага.

Поток сознания заглушил вкус еды, и я сам не заметил, как палочки уткнулись в дно глубокой тарелки в попытке ухватить новый комочек риса. К тому моменту у моих спутников было примерно по пол тарелки еды.

— А вы сегодня еще быстрее вчерашнего, господин Дайнс, — Кафка с улыбкой поднял бровь, смотря на меня. — Простите за грубость, но если глотать так быстро, кишки могут встать. Да и мы сейчас вне опасности.

— Хм... Наверное, сила привычки. Вспомнил тут кое-чего, и тело само, — я покачал головой.

— Для воина как вы, наверняка, это нормально, — Сабуро поддержал разговор. — В такой работе времени на отдых и медленную трапезу почти нет.

— Да... — я ответил на слова Сабуро, вспоминая свой второй курс в университете с перерывами в полчаса, из которых три четверти составляла дорога. — Прежде часто приходилось быстро есть, иногда даже на бегу.

— Расслабьтесь, господин. Хотя бы сегодня. Торопиться некуда. Вы ведь сказали, что у нас день на сборы, — Кафка улыбнулся и поднес ко рту большой кусок рыбы и вдохнул запах.

— Хорошую тут выращивают. Мясо нежное, а костей почти нет. Мы попали в самый сезон.

— Рыба ест сорняки и слабые побеги риса. Хорошие стебли ей неудобно хватать. Потому и урожай крепкий растет, и рыба без сетей и удочек есть.

— Там, где я рос, такую большую рыбу только удочкой в реке поймать можно было. На полях лишь мелочь плескалась, — Кафка вынул кость изо рта. — А здесь это простой едой называют.

— Уровень жизни в зависимости от местности может меняться.

В почве, воде и воздухе много разных веществ и форм энергии, но в отдельных местах они в недостатке или избытке. Так говорил учитель ,— Фуго поднял глаза, окончательно проснувшись. — Потому даже если перевезти живой большую рыбу в другое место, ее потомство может просто не вырасти таким большим.

— А ты много знаешь, — Кафка улыбнулся. — Твой учитель был знаком с алхимией?

— Нет-нет, лишь по книгам и рассказам. Но учитель знал много интересных людей и любил их слушать.