Младший сын князя. Том 2

— Понимаешь, несмотря на то, что ты был и есть мой любимчик среди всей нашей родни, я не могла полностью опекать тебя. Моя мама... она, — вздохнула сестра. — Она, скажем так, была категорически против поддержки нашей связи, несмотря на родство, считая, что ты обременяешь меня, мешая развитию. А ты сам знаешь, пусть наши матери и довольны тем, что получили от отца, но всё же некоторые имеют на него определённую долю влияния, — неодобрительно покачала она головой. — Когда же тебя выслали прочь на окраину империи, я явилась к нашему отцу и высказала всё, что думаю.

— Отцу должно быть сильно не понравилось, что кто-то решил выступить против его решения, — озвучил я свою мысль.

— Не то слово. Я ему в тот вечер многое что высказала, что и так накипело, — довольно улыбнулась Виктория. — Вот только у него было совсем иное мнение на этот счёт. Отец считал, что жизнь без близких рядом людей должна закалить тебя. Он запретил мне общаться с тобой и лишил любой возможности попытаться наладить связь. А потом и вовсе отослал по делам рода, и я только недавно вернулась.

— Полагаю, ты всё равно пыталась выйти на контакт со мной в обход его запрета, да? — спросил я у неё.

— Да, Женя. Даже когда я пыталась передать весточку через твоих слуг, отец откуда-то прознал и пресёк это дело на корню. Я честно переживала, что ты решил, будто я бросила тебя. А когда мне сказали, что ты попал в аварию, то не могла найти себе места. Благо всё обошлось, — искренне, как мне кажется, поделилась она своими переживаниями по поводу своей ситуации.

Отчасти я почувствовал себя виноватым перед ней. Всё-таки перед Викторией сидел не тот Евгений, которого она знала. Даже если считать, что мои воспоминания объединились с его, я всё равно был сейчас совершенно другим человеком.

Даже не уверен, что был похож в полной мере на себя прежнего, ведь влияние было в обе стороны, просто основа моей личности была изначально сильнее.

Одно дело, меняться в лучшую сторону в глазах человека, который тебя откровенно недолюбливал.

Вряд ли им приходилась по душе служба безынициативному господину, который только и делал, что не просыхал, тусовался с не самыми приятными личностями, мог послать крепким словом — одним словом радости в таком служении мало и сомнительно, что ради такого они хотели стать слугами рода Львовых.