Ученик Теней

Теперь и у второго братца не хватало руки.

Скел, в один миг преодолев несколько метров, схватил того за шею и поднял над землёй. Гоблин брыкался, извивался, царапался, но Учитель будто не замечая этого, продолжая сдавливать ему горло.

— Пусти, — скрипел ученик Страха. Кожа его постепенно меняла цвет на бледно-зелёный.

— Что скажешь? — обратился Скел ко мне.

Я подошёл ближе и с презрением посмотрел на противника. Тот же, в свою очередь, с ненавистью в глазах уставился на меня.

— Вы хотите его убить?

Я понимал, что это так, помнил, как он разрубил голову чёрному эльфу.

Но сейчас чужая жизнь зависела от моих слов.

— Нет, потанцевать. Не против? Напомни, что он собирался сделать совсем недавно? Трахнуть? Для тебя это глупость? А до этого они хотели тебя избить или, скорее всего, убить. А до этого его братец с другими мерзавцами собирались изнасиловать Леслу. Ты, вообще, представляешь, что это значит для милесты?

— Кого?

— А, она тебе не рассказала? — как-то озадаченно вскинул взгляд Учитель.

— Ну да ладно. Ты мне вот что скажи. Они собираются... даже нет, не так. Они насилуют, грабят, скорее всего, убивают невинных. Ты, и ваша компашка, тому подтверждение.

— Я всё это прекрасно понимаю, Учитель, — спокойно отозвался я. Злость постепенно отступала, вместе с чёрной дымкой на руке. — Но, думаю, два братца теперь понесли заслуженную кару. Они ведь были отличными метателями ножей. Посмотрим, как они будут справятся с одной рукой.

От этих слов гоблин злобно зашипел, не переставая сверлить меня взглядом.

— Тебе конец, — прохрипел он.

— Рано или поздно, — кивнул я. — Но не от тебя.

Учитель отпустил гоблина. Тот рухнул у его ног, хватая ртом воздух.

— Я понимаю, это сложно, — обратился он ко мне с довольной улыбкой. Видимо, я прошёл очередной урок. — Ты уже убивал, и не одного, хотя первого, скорее всего, в состоянии аффекта. Себя ты не контролировал. Но, думаю, понимаешь, что иногда приходится идти на радикальные меры. Именно этому наша Школа и учит. Мы сражаемся с теми, кто убивает.

И да, они разумны, иногда их становится жаль, но выбор только один — либо они тебя, либо ты их. Надеюсь, уяснил?

— Да, Учитель, — кивнул я, чувствуя, как медленно меня переполняет восторг.

«От убийств ли? От того, что я калечу, или от того, что наказываю?»

С этими мыслями я собирался разобраться позже.

— Отлично, — усмехнулся тот. — А решать, когда надо применить силу или нет, научишься, не переживай, — он пнул носком сапога гоблина.