Укрощение гордыни

Вместо них появились очертания постройки классического родового поместья. Размытый силуэт отделился от общего фона и приблизился. Дин разглядела мужское одеяние.

— Лигоу! — пылко позвала она и протянула руки для объятий.

— Лигоу? Это кто? Питомец? — ответил ей совершенно незнакомый голос.

— Лигоу? — уже с сомнение произнесла Дин и расплакалась.

Конечно, зачем ему быть с той, что задвинула его чувства на второй план ради бесполезных практик. Сейчас она поняла, насколько была не права в своих суждениях. Ей стоило выбрать спокойный брак и счастье любимого человека.

От рыданий перехватило дыхание и неприятно сдавило в груди. Дин снова ощутила себя захлёбывающейся в водовороте тёмного омута.

Шлепок!

Щеку обожгло от удара ладони. Дин вскинула глаза на стоящий над ней силуэт.

— Духовный Наставник? — узнала она человека, встретившего её на Пике Страданий.

— Прооралась? — он смерил её презрительным взглядом, от которого Дин едва не поперхнулась воздухом.

Духовный Наставник говорил в вежливой манере, но сами слова при этом били словно ядовитые плети. Дин поспешила встать на колени и склониться к земле, выказывая полное смирение.

— Послушница была не права. Послушница просит дать шанс загладить вину, — она замерла в ожидании ответа.

— Хорошо. Пусть так. Я дам шанс, но только потому, что ты справилась со сбором трав, —Духовный Наставник заговорил мягче, без подчёркнутой вежливости, выглядевшей издёвкой. — Считай это наградой за труды. Но рецепта уже не получишь! Ясно?

— Послушница благодарит за великодушие, — не поднимая головы ответила Дин, как можно громче.

— Встань! — приказал Духовный Наставник.

Она тут же подскочила на месте и встала напротив него, вежливо склонив голову и уважительно сложив руки перед собой.

— Следуй за мной в Хранилище, — он развернулся к ней спиной и пошёл вперёд. — У тебя десять дней, чтобы привести его в порядок. Справишься, получишь одну из пяти боевых техник среднего класса на выбор. Не справишься — с позором вернёшься в Академию.

— Послушница постарается! — сразу выдала Дин, готовая работать дни и ночи без отдыха.

Правда, энтузиазма поубавилось, как только взору открылся зал, не уступающий размером подвалам библиотеки внешней части Академии.