Последний реанорец. Том XII – Часть II

– Знаю, Руслана, и прекрасно понимаю, что все они твои подчиненные, – безэмоционально отозвался я. – Но сейчас это самый действенный и единственный вариант.

– Всё настолько плохо? – обеспокоено полюбопытствовала та.

– Хуже, чем ты можешь себе представить. Я ненавижу жертвовать верными людьми и такой поступок приводит меня в неистовое бешенство, поэтому совсем скоро от Японии останется только пепел. Эту страну разрушу либо я, либо предстоящие… обстоятельства, – спокойно изрёк я, но уже в следующий миг тон мой стал немного теплее.

На пару вдохов в разговоре образовалась тяжелая пауза, но уже через пару секунд раздался её необычайно растерянный и слегка дрожащий голосок:

– Я исполню ваш приказ, господин, но вы ведь и сами сейчас отправитесь в Киото, поэтому… будьте осторожны, – тихо заключила она, прерывая связь.

Во имя Угорских Бесчинств! До чего я докатился? Меня жалеют собственные подчиненные. Не приведи Бездна! Такими темпами вскоре начну отсиживаться за чужими спинами.

Сильный пожирает слабого. Сильный приказывают слабому. Защита от сильных всего-навсего иллюзия, ведь невозможно успеть повсюду, однако без этой иллюзии обычные разумные не проживут. Всё, как ты и говорил, отец. Почему же в такие дрянные моменты я всегда вспоминаю учения родителей? Непонятно.

Некоторое время я так и стоял, грустно усмехаясь и упирая глаза в гладкую деревянную поверхность перед собой. Но затем медленно повернулся к встревоженной Елецкой лицом, и ободряюще ей подмигнул, отчего та робко улыбнулась и расслабилась, ведь с самого начала разговора с Русланой она сверлила мою спину взволнованным взглядом, а в следующий миг мне пришлось быстро открывать дверь кабинета.

Мир катиться хрен пойми куда, Зеантар, тем не менее, рано впадать в крайности. Не впервой уж стоять на краю пропасти.

Как ни странно, но рабочее пространство государя Российской Империи оказалось практически под завязку наполнено высокопоставленными личностями из нескольких империй и даже миров.

Рассерженный Гуань-ди выделялся больше остальных, далее шел Карлайл и Амрит, Встревоженный Франциск прибыл в обществе Селены, причем внучка то и дело бросала обеспокоенные взгляды на своего деда. Чуть поодаль находились омрачённые государь и Ростислав, к тому же парень был облачен в доспех гидры, хотя вероятнее всего он его еще даже не снимал. Рядом с ними расположился мой тесть и Курташин.