Художник кошмаров - 3

Будучи честным, Кошмар не пытается прятать от своих верующих опасные для них тайны. В отличие от строгого Света и скрытной Тьмы, Кошмар просто невероятно открыт, в чём и кроется его опасность.

Если Свет даст тебе хоть что-то только в ответ на некое действие или успех, а Тьма норовит сыграть с тобой, как удивительно, в темную, то Кошмар сразу даст столько, сколько ты сможешь или не сможешь унести.

Если представить человека как воздушный шарик, то Кошмар надует его буквально до предела, когда он уже готов лопнуть.

Чтобы не поехать «кукухой» как тот же Рамод, претендент на милость Кошмара должен изначально обладать очень сильной волей. Мечущийся и постоянно бросающийся из стороны в сторону Рамод оказался слаб, и поэтому показанная Кошмаром правда его сломила. А вот Сувон справился. Хоть он осознал то, ради чего мы будем бороться, но он сохранил свою свободу.

Проведенный ритуал дал высшему ещё больше сил, привычно изменив привязку к уже существующей стихии. Теперь Сувон Джохар обладал, своего рода, иссушающим ветром, одного касания которого было достаточно, чтобы оставить на месте человека полностью лишенную воды мумию.

Если изначально Сувон находился почти в самом низу «табеля о рангах» высших практиков, то теперь он скакнул вверх на один, достигнув третьего уровня.

Впрочем, это всё ещё никак не помогло бы нам против того же Йонги.

Я подозревал, та идея с картиной была одним из тех безумных планов совершенствующихся, что упираются в потолок рангов и пытаются любыми способами их преодолеть.

Не стоило забывать и о наличии у Йонги огромного и мощного клана-секты Гору. В отличие от обычного клана, Гору принимали в свои ряды всех, но в отличие от секты, они имели куда более крепкую связь, основанную на родственных узах.

Дабы свести столь значительную разницу в численности хотя бы к нулю, было принято решение обзавестись ещё несколькими подчиненными кланами. И решение брата Шин Чан Ди бросить часть Хаэна на растерзание зверей дало нам как раз тех самых «новобранцев».

Запершиеся в своих крепостях и городах, они молили о спасении кого угодно, хоть самого дьявола. Но судьба привела на порог лишь нас.