Пламенный союз

На мгновение зал накрыло бархатное полотно тишины: все замерли, глядя на Злату, лицо которой стало непроницаемым. В какой-то момент Агния поняла, что её больше не волновала ни Княжна, ни то что она увидела во второй шкатулке: служанке казалось, будто каждое её лёгкое уменьшилось до размера сжатого кулака. Уже не особо беспокоясь о том, чтобы быть незаметной, Агния жадно хватала ртом воздух. Потянувшись правой рукой к ставшему невыносимо тесным, воротнику, она не удержала в другой руке поднос, и тот с грохотом ударился о мраморный пол.

— Лучше бы вы принесли сердце её второго сына, — отстраненно произнесла Княжна, опуская крышку шкатулки и даже не обернувшись на звук.

— Мы его не нашли, — произнесла Дарья, обращаясь к Злате, но взгляд её был прикован к Агнии.

Служанка упала на колени, отчаянно царапая пальцами в горло. Как бы она не старалась, у неё не выходило сделать ни вдоха, точно кто-то держал её под водой. В это время одна из Гончих, что до этого стояла поодаль, подошла к Княжне и взяла из её рук вазу с ягодами.

— Это удушница.

— Что ещё за удушница? — рассеянно спросила Злата, затуманенным взором глядя на Гончую.

— Ядовитые ягоды. Вы задохнётесь, если вовремя не примите противоядие, — Гончая многозначительно окинула взглядом собравшихся.

Княжна медленно повернулась к Агнии. Слуги в зале засуетились, кто-то побежал звать врача, а кто-то испуганно попятился от несчастной задыхающейся служанки, боясь попасть под горячую руку Златы.

— Ах ты... дрянь, — прошипела Княжна, подлетев к Агнии. Слова давались ей с трудом, а из груди доносились хрипы, возвещающие о том, что яд уже начал действовать.

Злата схватила служанку за шею обеими руками, как невесомую тряпичную куклу. Из широко распахнувшихся глаз Агнии ручьем хлынули слёзы, то ли от боли, то ли от обидного осознания того, что она не была способна даже закричать.

Дарья вместе с какой-то другой девушкой отцепила от служанки продолжающую разбрасываться языками пламени и снопами искр Княжну, и потащила её к выходу.

Агния почувствовала, как её тоже несут куда-то, но ощущая невыносимую боль свежих ожогов, ей оставалось надеяться только на то, что тех нескольких ядовитых ягод было достаточно, чтобы наконец избавиться от страданий.