Железная лея. Храм Диру

«Пора уже готовить завтрак», – подумала Иона и пошла за водой. Только девушка взялась за корчагу для воды, её окликнули.

— Доброе утро! – раздалось от мужской палатки.

— Доброе утро, радих Мок.

— Что ты так рано? – подозрительно посмотрел на неё хозяин обоза.

— Не спалось что-то, так что решила хоть воды натаскать, раз уж всё равно встала.

— Тогда ещё лошадям натаскай. И напои сразу же, – решил воспользоваться ситуацией мужчина.

— Хорошо, радих.

— Я помогу тебе, девочка, – сказал вышедший из шатра старичок.

— Спасибо, дедушка Тир.

— Ну, смотри сам, Тир, не надорви поясницу. А если надорвёшь, у меня для тебя всё равно замены нет, так что работать всё равно придётся.

— Конечно, Мок, я даже и не думал отлынивать.

— А если что случится, то я ему всегда помогу.

— Так я тебе и доверил своих лошадей! Ничего не умеет, а туда же! Ещё испортишь что-нибудь! Как я потом продавать буду?!

— Научится. Я её могу в ученицы взять, как раз и будет мне помощник.

— Как хочешь, Тир. Но если что с лошадьми случится, то головой отвечать будешь!

— Это само собой, Мок, отвечу.

Подождав, пока недовольный хозяин уйдёт, старик похлопал девушку по плечу и сказал:

— Пошли, девочка.

— Спасибо, Тир.

Старый караванщик был столпом этого обоза. Все любили его, кроме, разве что, самого хозяина обоза, и Тир любил всех. Ему было неинтересно, кто и откуда появился и что ему нужно в обозе, если он не желал причинить вреда. Он был добр со всеми и каждого человека принимал, словно родного.

— Ты ему не позволяй так собой помыкать, девочка.

— Не переживай так, дедушка Тир, я ведь всё равно скоро уже уйду.

— Я тоже так думал, да так и остался с отцом Мока. Хороший был человек, хваткий, но не жадный. Платил всем исправно, да и относился хорошо – как к людям, а не как к баклагам каким. Он уж давно на покой ушёл. Мы с ним почти ровесники были, так что сработались быстро, вот я и остался, а потом, когда он на покой ушёл, то мне и уходить-то было некуда.

Девушка тихонько рассмеялась и сказала:

— Я вряд ли с радихом Моком сработаюсь, так что не думаю, что мне этот путь грозит.

Старик тоже рассмеялся:

— Твоя правда. С ним сработаться сложно. Но всё равно ты поосторожней, девочка, ты всё-таки заплатила, чтобы к нам присоединится. Зачем тебе на побегушках быть?

— Я хочу научиться работать, дедушка. Пока у меня есть возможность, я хочу узнать и попробовать как можно больше.