Путь королевы

Там, среди них, был мой друг, мы вместе проехали половину Эсилии, пережили много приключений, выручали друг друга, а однажды нас засыпало в пещере и мы целую неделю ждали, пока нас откопают. Ивэн, и вот теперь его нет. Как же так?

«Ты же обещал, что войны не будет!» – хотела закричать она во весь голос, но молчала, понимая, что учитель ни в чем не виноват.

– Дочка, так не должно быть, но так тоже бывает. Иногда мы теряем тех, кто нам дорог, но, если ты не хочешь больше никого потерять, тогда соберись и слушай дальше.

– Хорошо, Ивэн. – Она утерла кулаком нос и продолжила слушать главнокомандующего.

Роща единорогов медленно выплыла из утренних сумерек навстречу эсилийскому войску, словно кто-то постепенно, мазок за мазком нарисовал сначала стволы, потом ветви, а следом и листья на ларенхали, утопающих в высокой зеленой траве. По сравнению с серым песком дороги и пеплом вокруг нее, они выглядели необычайно свежо и красиво. Странно, но магия, которая полностью выпила жизнь из придорожной растительности, не коснулась ни рощи, ни поляны рядом.

Военный советник сразу же начал строить войска и обеспечивать тылы.Эйриэн со свитой подъехала к деревьям, слезла с Арейона и опустилась в траву.

– Ваше величество, а что вы собираетесь делать? – поинтересовался не в меру любопытный Келл.

– Собираюсь позвать единорогов, поэтому, будь добр, не мешай мне.

– Хорошо, ваше величество, не буду, – серьезно ответил паренек и отошел немного назад.

Королева села на колени и закрыла глаза. Она абсолютно не знала, что нужно делать дальше. Но ведь шаманство она как-то услышала, да и Мерилин каким-то образом общается с лесом. Но вот каким?

Иногда, очень редко, когда Эйриэн проезжала под деревьями, ей казалось, что в шелесте листвы она слышит тихие мелодичные голоса, но стоило только прислушаться, как эти голоса исчезали.

Вот и сейчас она слышала разговор двух солдат о преимуществах меча и недостатках лука, цокот конских подков, шаги марширующего войска, тихое бормотание Лукаса Миренада – все, что угодно, кроме нужного ей голоса природы. Но она была упряма, как стадо кентавров, и готова была сидеть перед рощей хоть до конца эры Осени. Правда, так много времени у нее в запасе не было.