Живой доспех 2: Рыцарь Хаоса

— Ай, твою мать!

Зелёные глаза воззрились на девушку. Но тут же раздался второй треск, отчего огоньки глаз слегка покачнулись.

Клубы тьмы вдруг пришли в движение, втягиваясь обратно в рыцаря. Затем его чёрная броня покрылась какой-то слизью. Сеть, накинутая на доспех, зашипела и начала дымиться. Ракс ударил топором в третий раз. Затем с удивлением посмотрел на оплавленное лезвие.

— Серп-3! — позвал он.

Здоровенный Танк прибежал на его зов. Руки вражеского рыцаря зажглись ярким зелёным светом. Остатки сети полностью осыпались с него кусками.

— Нет! — заорал Ракс. — Серп-3!

Но было поздно. Танк заморгал оранжевым светом и рухнул на колени, затухая. Он так и остался стоять на коленях, словно огромная поверженная статуя.

«Я тупая. Самая тупая на свете, — проносилось у Пикс в голове. — И какого чёрта мы полезли на целого рыцаря без Живых доспехов?».

Он спрыгнул с побеждённого Серп-3. С его рук капала светящаяся жидкость.

— Теперь вам точно конец.

Неожиданно с другой стороны площади донёсся грохот. Обернувшись, Пикс увидела, катящегося сине-серебряного рыцаря, сносящего оставшиеся прилавки. Следом за ним застыл удивлённый человек с рукой Живого доспеха вместо своей.

Глава 11

— Райкен, иди за ним!

В груди и ноге раненого отца продолжали расти каменные шипы. Я подошёл к нему ближе и переломал остальные каменные выступы, пытавшиеся пробить защитное поле.

— Как же ты?

— Я и так выживу, — он распахнул синий мундир, под которым была кольчуга, что я посоветовал ему надеть раньше. Почти все её чешуйки сгруппировались на груди под ударом шипа. — Благодаря тебе.

С плеч как будто упал тяжкий груз.

— Скорее благодаря Лоране, — пробормотал я. — Тогда вернусь за тобой, как только смогу.

— Сначала наваляй этому уроду.

— Будет сделано, — ответил я с мрачной решимостью.

Но до выхода со склада было не так-то просто добраться.

— «Жидкий», — обратился я ко второму своему доспеху. — Сможешь ухватиться своими щупальцами за потолок?

Он ответил подтверждающим серебряным сиянием.

Кивнув отцу на прощание, я мощно оттолкнулся от пола, взмывая в высоком прыжке. Выставил вперёд руку. Жидкий металл на ней пришёл в движение, превращаясь в подобие тонкого, но крепкого троса. Он вонзился в потолок.