Вторжение в Ойкумену

Вроде бы ничего страшного: обслужить троицу бизнесменов, чьи капиталы были явно криминального происхождения.

Уже приехав на место, в подмосковную баньку, она поняла, что что-то явно не так. Во-первых, вызвали только её одну, а гуляющие бандиты обычно предпочитали на шлюхах не экономить. Во-вторых, они совсем не интересовались ею, предпочитая о чём-то говорить между собой, выпихнув её в предбанник.

Так она там и сидела в полной готовности, когда голоса за дверью стали громче, потом перешли на крик, а завершилось всё двумя выстрелами.

Света побледнела и, даже не став брать вещи, выскочила наружу, в летнюю ночь. Ей понеслось вслед — стой, шлюха! Но она, не слушая, бежала не разбирая дороги к каким-то видневшимся вдалеке пещерам. Она уже почти добежала до них, как свистнувший нож вонзился ей в плечо.

Света упала, однако из последних усилий поднялась и поползла в пещеры. Но даже когда она заползла внутрь, преследователи, а как ей показалось, их было несколько, продолжали идти за не по следу.

Из последних сил она ползла, пока не заползла в какую-то каверну, после чего почувствовала, как свет в её глазах меркнет и всё расплывается, теряя свои очертания.

— «А точно нож попал в плечо?» — мелькнула у неё мысль, прежде чем она отключилась.

В отличие от Богданова и Якушевой Саня Калинин встрял в неприятности, грозящие ему смертью не из желания срубить денег по лёгкому. Просто когда ему пришла повестка из военкомата, он не стал ни косить, не поступать в какой-то вуз. К тому же зачем ему институт, когда он окончил железнодорожное училище и у него была неплохая по нынешним меркам специальность? Опять же откосишь по здоровью и потом кто же тебя возьмёт на «железку» такого болезного? Да и он сам не был пацифистом и не боялся отправки в Чечню.

Это он зря, конечно. Только это он понял, когда туда и попал. Причём не сразу. Нет, военное дело он полюбил, вот только отцы-командиры творили что-то совсем уж непонятное, и Саня понял, что оставаться и подписывать контракт он не будет.

Кончилось всё печально. Их колонна попала под обстрел ваххабитов, такой жёсткий, что даже закалённые нервы Сани не выдержали и он рванул в сторону, пытаясь укрыться от пуль. Очень скоро он понял, что это спасло ему жизнь и он единственный выживший.