Вторжение в Ойкумену

Как таковой армии у эртурийцев не было, поэтому Кавелье с помощью Гвидо, который назвался Гаем де Клермоном, взял Церералию и заставил герцога капитулировать. После чего он стал выстраивать оборону, ожидая вестей как с севера, из Виндбоны, так и с юга, от Алурии.

Тем временем победоносная армия Нейстрии продвигалась вперёд, не встречая никакого сопротивления.

— И предки этих людей создали могучую империю, да ещё и без магии? — презрительно сощурилась Алурия, глядя, как очередной глава магистрата выносит ей ключи от города, подобострастно согнувшись.

Последняя битва состоялась при Тауриноруме, и с тех пор они не встречали врага. Но всё изменилось, едва они оказались под стенами Лация.

Город подготовился к обороне, готовился сидеть в длительной осаде. Чувствовалось, что к этому как-то причастен император Алеманнской империи. Там понимали: взятие Лация придаст нейстрийцам сил, и они смогут контролировать Латинский полуостров, а Фальксбурги, получат проблемы в своих латинских владениях.

— Надо же, я и не подозревал, что их маги способны организовать столь массовую переброску войск, — заметил объезжавший позиции Арно, приближаясь на своём коне к Алурии, которая озирала город с холма.

— Если они хуже нас, — вскользь заметила принцесса. — То это не значит, что они совсем уж негодны. Вспомни колониальный корпус, которым командует Ардонье. Им удаётся удерживать север Нейстрии, хотя силы альбийцев превосходят их.

— Объединённое Королевство, по сути дела, пока ограничивается морскими рейдами, — поморщился Арно.

— Поговорим об этом после битвы, — поджала губы Алурия. — У меня есть кое-какие соображения, но сейчас я хочу сосредоточиться на штурме города.

— Будем штурмовать? — удивился Арно. — Вы приказали готовиться к осаде…

— Пусть лацийцы и приданные им имперские части тоже так думают, — бросила принцесса. — Создавай видимость, что мы здесь надолго, но задерживаться нам здесь не стоит. Нас ещё предстоит сломить Портинопское королевство, а затем, как следует взяться за север.

Штурм города начался ночью. Впрочем, нельзя сказать, что лацийцы расслабились, но они оказались не готовы, когда на стены обрушились каменные снаряды, усиленные магией. Алурия не пользовалась пушками, так как считала их ненадёжными и вражеская армия ошибочно полагала, что у них есть преимущество при осаде. Это было ошибочное мнение. Магия Алурии и Альстафа снесла стены, оставив город беззащитным.