Вторжение в Ойкумену

Казалось, власть и завоевания Алурии висят на волоске. Ещё чуть-чуть надавить, и алурийцы будут вынуждены, поджав хвосты убраться в Нейстрию, где их будет можно без проблем добить.

— А вы ещё ругали Влада! — радовался Роберт. — Посмотрите! Война с Алурией, считай, окончена, и её дни сочтены, и всё из-за простой драки в Цвайбурге.

Однако сам Владислав не разделял оптимизма «брата».

— Всё очень плохо, — сказал он, читая газетные репортажи с фронта. — Я допустил роковую ошибку, которая уже привела к гибели множества людей и приведёт ещё.

Владислав осунулся, и на какое-то время забросил магию. Пришлось вмешаться Нахрин. Шелта вела с ним долгие беседы, а потом ей помогла Лавита, которая пришла и заявила, что теперь будущее Ойкумены пусть ненамного, но улучшилось.

— Как, точно я сказать не могу из-за этих ограничений, — вздыхала она. — Но ситуация не такая апокалиптическая, как в видениях сразу после появления Алурия.

Владислав вернулся к занятиям магией, и даже оправился от последствий в целом, снова став весёлым раздолбаем, однако всякий раз вздрагивал, когда, читая газеты, он узнавал, что нейстрийцы подавили очередной мятеж.

Алурия и правда удержалась. Хотя ей потребовалось целых два года, чтобы погасить большую часть недовольства. Деятельное участие в этом принял Жерар де Монфор, который со свойственной ему хитростью и изворотливостью гасил недовольство дипломатически, там, где военные могли или не справиться, или с большой кровью.

Луи де Кавелье смог с помощью репрессий и уступок подавить восстание в Гевершахте, отбить десанты альбийцев и отогнав склавинскую армию аж в Грёнцен. Алурия восторгалась выдающимся маршалом и высказывала публичную радость, что он отныне станет членом их семьи, так сильно, что заревновал Гастон д’Арелато, вернувший себе латинскую корону.

Эжен Тома смог снова завоевать Риволланд, а вернее, разбить мятежников.

За это Алурия сделала его маршалом и хотела вернуть прежнюю дворянскую фамилию, однако получила отказ Эжена, который её очень удивил, так как она не подозревала о проблемах в семье свежеиспечённого маршала. Да и ему не нужно было дворянство, так как Тома всё-таки исполнил своё обещание и женился на Асторге, которая спасала, и не раз жизнь.

Кантабрию, правда, до конца подавить не удалось.