Вторжение в Ойкумену

Ученики шелта его даже не слушали, они привыкли к таким заездам со стороны своего чародея. Но вот Целеская не выдержала, оторвалась от перебора своих амулетов, повернулась, внимательно посмотрела ему в глаза и сказала:

— Знаешь, мне кажется, ваши шелта что-то напутали, когда раздавали вам магию. Тебе, с твоим раздутым эгоизмом надо быть чернокнижником, вроде моего предка. А вот этой милой лисоньке, — она кивнула на Тоню. — Подошло как раз бы чародейство, с её моральным стрежнем.

Владислав только и захлопнул челюсть под хихиканье остальных своих соучеников, улыбнулась даже Лера, и тоже полез в карманы, пытаясь припомнить, что он захватил с собой.

Как и обязались, через час они выдвинулись к месту, откуда должны пойти «мертвяки». Чародей, пока они шли, внимательно осматривал посёлок, особенно укрепления, а потом не выдержал и подошёл к старшему — здоровому и мрачному мужику лет пятидесяти, с сединой в бороде.

— Почему у вас нет магов? — прямо спросил он старосту.

— Дык кому мы нужны, — пожал плечами бородатый.

— Когда совсем невмоготу становиться, посылаем мальчонку в гарнизон, но сегодня вы, слава богу, появились. Мы сначала обрадовались, думали ссыльные…

На этом месте Владислав хлопнул челюстью, но сдержался, не стал задавать дурацких вопросов. Потом ему объяснили, что такова практика Великой Империи Севера — совершимся не очень тяжёлые преступления магов, отправляли заглаживать вину перед обществом и народом. В Шибир, Рифеи, Терранову. Ставили специальную метку, и пять или десять маг жил в этих регионах, помогая местным, то отбиваться от тёмных рас, а то и просто налаживать быт, как получится.

У самих осуждённых особо выбора не было. Или так, или сиди в орихалковых наручниках в два раз больший срок. Иногда они приживались и оставались на месте, уже после отбытия срока. Впрочем, в ту же Терранову многие чернокнижники ехали добровольно, ибо, как правило, умудрялись натворить такого, что даже длительным заключением в орихалковых кандалах, не отделались бы — сразу на плаху, а тело сжечь.

Но в тот момент их познавательную беседу прервала пани Целеская, которая окликнула учеников.

— Все ко мне. Я в этой местности не бывала, с «мертвяками» не схватывалась, но знавала одного коллегу, который здесь десять лет прожил. Так вот, он говорил: никакой некромантии, никакого чародейства и всего остального. Только стихии, и только огонь. Иначе их замороженные тела никак не уничтожить.

— Эта, — снова заговорил староста. — Чародей у нас появлялся, жил в гарнизоне.