Вторжение в Ойкумену

Его ценит Кавелье, к тому же, по слухам, захватил гору неподалёку отсюда, просто забросав противника своими же солдатами.

Ингваров презрительно фыркнул.

— Алеманов напугать сможет и ребёнок. Передай через магов приказ Осташкову — пусть идёт через Риволланд, войско у него большое, прогонит этого арапа обратно в Нейстрию, и ждёт нас на севере Гельвеции.

— Есть, — отозвался Мансуров. — Ещё доносят, что Алябьев подошёл к Партенопе и скоро начнёт штурм города с моря. Тогда нейстрийцы потеряют и это королевство. Он может подождать адмирала Мейсена…

— Нет, — отрезал Ингваров.

— Пусть действует по обстоятельствам. Я, Илларион Михайлович, совершенно не понимаю морские сражения, поэтому пускай ими занимаются адмиралы, а уж я на суше сделаю всё что могу. И даже больше.

Алурийцы, когда узнали, что на их позиции на Риволе движется шестидесятитысячная армия склавинов и алеманов под командованием пехотного генерала Михаила Осташкова почти все отказались возглавлять оборону. И даже Кавелье предпочёл свалить всё командование на своего протеже Эжена Тома.

И лишь свежеиспечённый генерал Тома не переживал по поводу предстоящих тяжёлых боёв. Когда ему передали приказ, он был в палатке с заклинательницей Асторгой, алурийкой, которая в Нейстрии взяла себе имя Мари д’Асторг. Бравый генерал привлёк эту тихую скромницу тем, что был её противоположностью. Высокий, шумный, и отважно-отчаянный заставлял Асторгу думать, что будь у них там такие бравые командиры, им бы не пришлось оставить родной мир под властью чернокнижников.

Услышав, что ему поручено держать оборону, а генерал и не подумал стесняться адъютанта, принёсшего ему приказ, приняв покрасневшего юношу лёжа в объятиях прекрасной алурийки, он нежно отодвинул её в сторону, и прочитав документ, крикнул во весь голос.

— Ну наконец-то настоящее дело.

Сунувшая нос в приказ Асторга с сомнением сказала.

— Но их же больше…

— Мне плевать. Я не учился математике, — довольно хохотнул Тома.

— Но если… — всё ещё сомневалась Асторга.

Высокий генерал наклонился к худенькой женщине, и взяв двумя пальцами её подбородок пристально посмотрел ей глаза.

— Не если, а когда. Так вот, когда я одержу победу, то возьму в жёны тебя.

И довольный он снова захохотал, прижав опешившую женщину к своей груди и закружив её в небольшом вихре по своей просторной палатке.

Глава 26. Императрица Алурия Первая

Впрочем, до боевых действий в Риволланде было ещё далеко, и Эжен Тома мог походить какое-то время холостым.