Десять тысяч стилей. Книга десятая

– Сними броню и одежду. Прими расслабленное положение и не дергайся.

Мудрейший подошел к Ливию. Достав из шкатулки иглы, Сагранеф начал вонзать их в своего ученика. Справился Мудрейший за пару секунд. Но поразила Ливия не скорость, а сила. Вогнать иглу в тело Мастера на Пути Дракона не так уж просто.

– Что теперь? – спросил Ливий.

– Ты должен обучиться основам. Ходишь отвратительно, – ответил Мудрейший. – Сделай шаг. Обычный.

Ливий попытался последовать инструкциям, но жуткая боль пронзила все тело. Она шла от игл и была действительно сильной.

«Неужели мои нервные центры? И тот яд, что усиливает боль. В несколько раз? Да тут раз в тридцать, не меньше», – подумал Ливий, с трудом делая обычный шаг.

– Ходи, пока не перестанешь чувствовать боль.

«Ясно. Иглы расположены так, чтобы вызывать боль при неправильной ходьбе. Я должен «нащупать» нужное положение тела, чтобы исправить походку. Начнем».

Следующий шаг принес не меньше боли. Зато дальше все пошло на лад. Понимание мира с огромным опытом Ливия делали свое дело: где-то минут через пятнадцать можно было спокойно прохаживаться по палубе корабля.

– Уже лучше, – сказал Мудрейший, но тренировку не прекратил.

Ливий знал почему. Небольшую боль он по-прежнему ощущал. И чтобы избавиться от нее, недостаточно было изменить свои движения. Тело должно было запомнить все само, перестроиться, научиться делать правильные движения неосознанно. Даже охиронцу требовалось немало времени на это.

«Ходьба – основа основ. Переучить человека то, что он делал каждый день на протяжении нескольких десятилетий – очень сложно», – думал Ливий, понимая, что Мудрейший подкинул сложную задачу.

Главная проблема была не в сложности и не во времени. Ливий не понимал, зачем он это делает. Даже спустя два часа он не чувствовал в себе никаких изменений. Ну ходить стал иначе, так и что с того? На скорость и выносливость это никак не повлияло.

Странная тренировка Мудрейшего продолжалась до ночи. Вернее, она продолжилась и ночью – Сагранеф просто ушел, оставив Ливия на верхней палубе одного.

«Ему и не нужно за мной приглядывать», – подумал Волк.

Утром Мудрейший вновь показался на верхней палубе. Сначала он потянулся, потом широко зевнул и принялся набивать трубку табаком. Сагранеф вел себя, как самый обычный капитан судна.

Тренировка с хождением продолжалась три дня. К концу последнего Ливий наконец-то перестал чувствовать боль, будто и не было никаких игл.

– Хорошо, – сразу же сказал Сагранеф.