Гном: Детство

Ну, думаю, пусть делает, что хочет, ее обнадежили, искорку надежды в ней зажгли, пусть попробует, а то всю жизнь будет меня винить. Уж был готов даже на то, что если дело во мне, чтоб она на гулянки сходила, но так, чтоб я не знал когда. Все не мог слова подобрать, настолько любил ее.

— И что дальше? — спросил Тахон и перевернулся на другой бок.

— А дальше ты и догадаться не сможешь, что произошло, — продолжил Боград. — Является в дом девица, молодая красивая гномка, и говорит: «Привет, папаша, я твоя дочка!».

Я чуть не упал от такой новости. Говорит, что ее мамашу зовут Мая, и что родила от меня, дала ей адрес нашей деревни и мое имя, иди, говорит, познакомься с папкой, может даст чего. У жены тут же истерика, она думала, дело во мне, а тут на тебе, дети на стороне. Я, конечно, в отказ, меня гномки хоть и любили в молодости, но никакую Маю знать не знал. Жена на эмоциях мне не поверила, долго ревела, а утром, проснувшись, я нашел ее в петле. Повесилась на крыльце, прямо на балке.

Боград замолчал, и Тахон не стал перебивать тишину.

Проехали еще деревеньку, стало укачивать, и гномы потихоньку клевали носом.

— Представляешь, Тахон, — прервал вдруг Боград молчание. — Оказалось, девка эта перепутала деревни, ей в следующую нужно было, и там тоже живет гном по имени Боград. Вот такие пироги.

— С тех пор ищу смерти, сил нет, как не хватает мне жены, вспомнил, что предрекла Тать смерть на лошади, вот и вызвался на Маруське ездить, мне даже не платят за это, кормят только.

И вот через много лет оказалось, что и лошадь-то не та.

— Дядь Боград, может, потому, что ведьма сказала «на лошади», а не «от лошади»?

— Об этом я и не подумал.

Гномы снова замолчали, и лишь дядька Мич запел песенку сзади. Он прихватил с собой фляжку с настойкой Клавьеты и уже отхлебнул пару раз.

— Дядька Мич, — окликнул его Тахон. — Тетка Альма никак не придумает название для своего трактира, у тебя нет случайно идей?

— Идей, говоришь, хм, — старый плотник перестал петь и призадумался.

— Служил я когда-то королевским мечником...

Гномы переглянулись, и Боград прошептал Тахону: «Во заливает».

— Был у нас в отряде гном, — продолжил Мич, — все называли его «четвертый». Я все гадал, почему именно четвертый, оказалось, у матушки его был трактир под названием «Три поросенка», вот и называли его шуточно, четвертый.

Гномы долго хохотали, потом начали дремать и всё-таки отрубились.

Телега въехала в главные ворота и остановилась на проверку.