Последний наследник Триады. Том I

— А как ты воду заставил кипеть, летать и леденеть одновременно?

— О, юная госпожа, вы небось желаете узнать тайны человеческого естества?

— Хочу!

— Тогда присаживайся поудобнее, я немного поведаю тебе о секретах людей, которые этому миру пока неизвестны. Ты же знаешь, что нужно делать с секретами?

— Никому о них не рассказывать.

— Точно.

Мы присели на берегу озера, и я начал рассказывать ей о некоторых правилах магического начала. А когда заметил, что девочка спит на моих коленях, взял её на руки и пошагал в пристанище.

Положил в кроватку и сунул в рюкзачок сотню рублей с запиской «купи себе что-нибудь вкусное». Да, выспаться у меня не получится, но я и без этого больше двух недель пролежал в койке, поэтому сон может подождать.

***

Утро меня встретило за три часа до занятий в школе.

Глаза слипались, сон старательно желал укутать меня в свои объятия и не отпускать до самого начала уроков, однако мне всё же удалось вдолбить в голову, что в библиотеку я попаду только после встречи с приятной дамой, Решетниковой Елизаветой Борисовной.

У нас с директрисой договорённость встретиться перед уроками, чтобы передать ключи, поэтому я не могу позволить себе валяться в постели — с этими мыслями я буквально вскочил с кровати и пошагал выполнять все необходимые водные процедуры.

В доме спали практически все кроме Фирузы. Она знала о том, что проснусь раньше, чтобы попасть в библиотеку, и заранее начала гладить мою школьную форму. Тёплый чай без сахара, сендвич, пара рублей на карманные расходы — и она осталась спокойна, словно выполнила материнский долг.

— Горжусь тобой, Кость, — улыбнулась она, поцеловав меня в обе щеки. — Удачи. Правильно, что взялся за ум.

— Ждите с добычей, госпожа Фируза, — усмехнулся я, открывая картонную дверь.

— Ох... я от этих слов больше переживаю, чем радуюсь, — помотала она головой. — Но старейшина сказал, что всё будет хорошо, и я ему верю.

— Вы говорили с господином Старейшиной? — я остановился на полушаге.

— Ага, спросила, как он относится к тому, что ты принёс в дом много еды.

Он сказал, что переживать не стоит. Ещё извинился за то, что был груб со мной, когда увидел тебя за нашим столом в первый раз.

— Господин Старейшина не глупый человек, — отозвался я.

— Конечно, не глупый. Он сказал про тебя то, что окончательно рассеяло все мои переживания, — улыбнулась она. — Но попросил тебе не говорить. Поэтому можешь не приставать, я всё равно не расскажу.

— И не собирался.

— Ну, ладно, — пожала она плечами.