Боярин Осетровский

А также вон то, вон то и вон то. А то, что вот это вот нельзя делать, ты должен был и сам догадаться».

- Тогда как к тебе обращаться?

- Как хочешь.

- Можно называть тебя – Голос?

- Можно.

Мое лицо прям зачесалось от желания сделать фейспалм.

- Голос, предлагаю тебе сделку. Ты разрешаешь мне жить в тереме в течение года. Мне и тем, кого я приведу с собой… и тем, кого я приглашу в гости – тоже. За это я обещаю найти тех, кто виноват в гибели рода Сисеевых и отомстить им. Если в течение года у меня это не получится – тогда я уйду отсюда.

Если в течение года у меня не получится найти вотчину и свалить туда – то и терем Сисеевых мне не пригодится. Меня лишат боярского звания. А потом – и жизни. Зато в течение этого года у меня будет свое жилище, к тому же – надежно защищенное от проникновения всяких воров и прочих наемных убийц. Ну и в любом случае – я попытаюсь разобраться, что там произошло с родом Сисеевых сто лет назад. Кому-то, может, покажется странным – выполнять обещание, данное странной невидимке, но я все же предпочитаю вести дела честно.

К тому же… Мне ее немножко жалко.

Правда, я не знаю, было бы мне жалко, если б это был мужской Голос.

***

После небольшого полумрака сеней терема яркий блеск снега резанул по глазам, аж чихнуть захотелось. Я сощурился…

И понял, что после договора с Голос мои неприятности на сегодня отнюдь не закончились.

Все мои мальчики и девочки собрались внизу, у подножия высокого крыльца терема – и ни один из них не смотрел на меня. Все смотрели на раскрытые ворота.

Туда, где рядом с моими ямскими повозками стояли разукрашенные сани, окруженные вооруженными всадниками.

В санях сидела женщина. В шубе и меховой шапке, на вид – лет сорока с небольшим, невысокая, худощавая, на левой ягодице – две родинки в ряд… Этого я, конечно, отсюда не вижу, но про родинки знаю точно. Сам видел.

В санях ожидала моего возвращения из терема Сисеевых боярыня Морозова.

Глава 5

Боярыня увидела, что я вернулся из терема, и вышла из саней. Скорее даже – выпрыгнула, как молоденькая.

Выдвинулась чуть вперед – за ее спиной встали полукольцом ее люди в оранжевых кафтанах – и остановилась, глядя в мою сторону. Отсюда, с крыльца, не очень видно, но, могу поспорить, она улыбается.

Весело так. Как акула при виде серфингиста.

Вспомнился дурацкий анекдот. Тот, где богатырь у дороги, перед ним – камень, все по классике, а на камне на том неклассически написано, что куда б ты не поехал – одинаково люлей получишь.