Тень Буревестника. Часть 2

Так что лучше молись своему Силикусу, чтобы лес таким и оставался. 

Завалон и Юргант впереди, в авангарде. После событий минувшей ночи о неожиданном даре монашка не вспоминали, словно Львёнок просто взял и самым чудесным образом самоисцелился.И пускай вор был благодарен ученику кардинала за спасение, однако всё сказанное им после сводило его благодарность практически на нет. В итоге Лео долго обдумывал всё случившееся и, наконец показав Стефану, чтобы слегка попридержал коня, спросил:

– Можешь рассказать, что произошло вчера ночью? 

Чародей устало вздохнул и ответил вопросом:

– Что именно ты хочешь знать, Лео? 

– Да ничего особенного! Однако, видишь ли, ещё вчера у меня в голове после встречи с нижнекорягской челядью была дырка размером с яйцо.

И, сдается мне, теперь я вполне оправданно имею право знать, каким чудесным образом наш отрядный малец исцелил моё бедное и не по годам измученное тело. 

– Ты ведь знаешь о даре Сигны? 

– Кое-что слышал, но считал, что это всё так, в основном трактирные байки.

– Ну, так слушай, – недовольно поджал губы Стефан, как он делал всегда, когда кто-то, по его мнению, говорил абсолютную чепуху. – Дар Сигны – он же Свет Вечный – на самом деле существует, хоть и встречается не часто. Чудо обретения Света – так называемое перерождение – именуется апробацией. А тех счастливчиков, кто обрёл сей дар, зовут Светочами. 

– Обрёл? Разве с ним не рождаются? 

– В том-то и дело, – покачал головой чародей. – Если наличие дара, который у чародеев вроде меня исходит из сосуда Силы, или, проще говоря, Стамноса ещё можно объяснить с научной точки зрения, то так называемое благословение богов-протекторов до сих пор остаётся загадкой для многих пытливых умов.

Считается, что заслужить его могут лишь чистейшие духом и помыслом натуры. Не надо на меня смотреть, как на идиота, Львёнок! Насколько это правда или нет, судить не мне. Я всего лишь пересказываю то, о чём читал.

– И ты когда-нибудь сталкивался с подобным?  

– На моей практике это – второй случай… эм… проявления Света Вечного воочию, – с неохотой признался чародей.

– Первый произошёл сразу же после той памятной ночи в пещере под Миротауном. 

– А на кого он был направлен в тот раз?

– На меня. 

– О! Значит, тебе сильно тогда досталось?  

– Ну, как сказать… если бы не епископ Аласид, меня тут не было бы, – признался чародей. – Но тогда речь шла о другом. Мои травмы имели магический характер.