Зион. Книга первая.

Андрей быстро выбрал направление и определившись с тропой повёл меня в лес. Лес был густым и плюс к этому между деревьями росло много кустарников, которые еще больше ограничили видимость. Тропа петляла между деревьями всё больше углубляясь в чащу. Идя так в неизвестность в какой-то момент можно было подумать, что сейчас один из путников окажется в ловушке. Но эти мысли начали исчезать, когда появился запах воды, а за ним начали слышны слабые всплески, а следом за ещё одним поворотом тропы появилось озеро.

- Вот видишь, а ты не хотел идти, - восторженно сказал Андрей и так пришпорил, что через несколько секунд успел оторваться на добрых двадцать метров.

- И откуда у него только силы ещё есть.

Я хоть и проворчал недовольно вслух, но вид водной глади предал мне сил и сорвавшись с места я побежал, словно совсем недавно не был обессилен. Вот только добежать до озера не получилось. Бежавший впереди Андрей резко замедлился и согнувшись замер около кустов. Делал это он явно не просто так и молча добежав до него я сделал то же самое.

- Только тихо, - прошептал Андрей и осторожно раздвинул верхушку кустов.

Верхняя часть кустов с тихим шелестом была отодвинута в сторону, и передо мной открылся вид на небольшой песчаный пляж, и он был отнюдь не пустынным. На пляже было четыре девушки и они были совсем не одеты.

- Вот это вид, - раздался приглушенный голос Андрея.

Вот только хоть Андрей и сказал фразу негромко, но находящиеся на пляже услышали посторонний шум и повернули на него голову.

- Там кто есть? – раздался неуверенный голос со стороны пляжа.

- Бежим, - прошептал Андрей и не успев ещё договорить, пригибаясь побежал в глубину леса.

Всё произошло настолько быстро, что я, ещё соображая, как мне правильно поступить услышал, что кто-то приближается в мою сторону.

- А ну стоять на месте, - послышался уже совсем рядом женский голос.

Услышанный голос послужил для меня катализатором, шестеренки в моей голове наконец-то заработали и пусть и с запозданием я понял в какой ситуации нахожусь. Быть пойманным за подглядыванием было последнее, во что бы я хотел вляпаться.