После

Нет не хаоситы, а святоши — они нарушили договор, напав на невидимок созидания, вырезая их за минуты.

Зил командует отступление. Темные и хаос стоят в стороне. Те, на кого надеялся Ший, в этой битве позорно сдались до начала боя. Но еще ничего, еще воевать можно. Стена осталась за созиданием и лучники на ней тоже.

То, что произошло дальше, перестало укладываться в голове. На стене появились невидимки жизни, подчистую вырезая лучников.

— Отступаем! — орет лич.

Звон стали приближался. От тяжелых взводов остались одни ошметки.

Группой нападения сейчас выступает отряд прикрытия магов. Вперед вылетает пара танков гринписовцев, пытаясь сбить нага таранным ударом. Уклоняясь от первого, Максим ловит на контратаке второго, отрубая ему ноги. «Как же я Вас всех ненавижу. — закипая думает он — Сборище подлиз и пресмыкающихся. Умру так с музыкой. Вот и новый десяток, ну что же Мара, жди, я скоро буду.»

Уходу в мир иной мешает Зил с минотаврами, сминая противников.

— Уходи! — кричит он

— А как же ты? — орет в ответ наг

-Я бы с радостью, но я не смогу провести дочь к нашей пещере, слишком шумный, а у тебя больше шансов.

Змей, не дай ей умереть.

Зил вывел остатки созидания из боя, давая шанс отступить. Бойцов в башне осталось двадцать восемь. Дюжина нага, три тролля, пять гномов, два лучника, три мага и три лекаря.

— Кто умеет бегать быстро? — спрашивает Ший

Руки подняли лучники, тролли и арахна.

— Тролли хватают магов, арахна — вилу, и отступают. Остальные остаются сдерживать нападающих.

Максим выходишь с компанией.

— С какого хрена? Я с вами! — заорал на Шия Васильев.

— Это приказ! Вместе с лучниками прикроешь отступление. Охраны в пещере мало, остаешься за главного. Нам необходимо, что бы тотем сохранился или, в крайнем случае, кто-то его соорудил вновь. Ты для этих целей подходишь лучше всего.

Выйдя из башни, Макс пожелал защитникам удачи, а сам повел группу к Волге, на песке следы смоет вода. Но почему же он чувствует себя предателем? Почему ему так плохо на душе? Видно, как их иконки остатков рейда одна за другой становятся серыми.

Вот умер Зил. На руках у Леры заплакала Алла, а у нага защемило сердце. Ведь мог же остаться и попробовать отбить атаку. Следом потухла иконка Двалина. «Твою мать, даже этот гном остался там, прикрывая отход. А я, как последний трус, уползаю от битвы.» — Макс корил себя и даже слова о защите тотема, теперь не казались ему оправданием.

Последним остался Ший, его жизни стремительно убывают.