После

Эта странность не давала покоя Максу. Кивнув подруге заканчивать с оставшимися на крыше противниками, он произнес речь:

— Люди, друзья, товарищи! Мы, вместе, пытаемся ужиться на территории кремля. — Наг обвел взглядом собравшуюся толпу, собравшиеся внимательно слушали — Вы знаете, за прошедшее время, мы ни разу не выказывали неприязни, какой-либо группе, честно торгуя со всем. Ни разу никого не обманывали. Но, как Вы помните, два дня назад на нас совершили гнусное покушение, которое, чуть не отправило на тот свет нашего танка и отправило меня.

Сейчас мы вправе наказывать. Наказанию мы подвергли всех нападавших. Да оно жестокое. Но! Разве не жестоко нападать на обычных игроков, отбирая последнее? Разве не жестоко, говорить отцу об изнасиловании его дочери? Разве правильно пытаться насадить свои верования и порядки всем подряд? Сегодня подумайте над этим, а завтра приходите торговать. Всем спасибо! Расходимся!

С этими словами Макс поклонился толпе, собираясь уползать в Гаупваху, но на «сцену» выскочили четыре новых действующих лица.

Канцлер сотоварищи: главный танк «Ферзь», «ТыУмир» — лучник, «NotFound» — маг квартета. Канцлер подошел к Васильеву, а следом, глядя в глаза произнес:

— По какому праву ты судишь? Ты, представил доказательства для предъявления обвинения? Ты кем себя возомнил? Карающей дланью? Судьей? Палачом? — он наседал и наседал — Мне кажется, мы здесь, не в древнем мире живем. Месяц назад Ваш маг пел про улики, а сегодня что я вижу — самосуд!

Недожнец сжал кулаки:

— А ты кто такой? Ты здешний комендант? Надзиратель? Или рука господа? По какому праву, ты запрещаешь мне карать убийц? Не потому ли, что этот отряд принадлежит к фракции порядка?

— Доказательства!

Обращаюсь к Лере и указываю пальцем в сторону Канцлера

— Дорогая, будь любезна передать одну голову гостям, а остальные кинь зрителям, пусть все убедятся, что порядок не так уж порядочен.

— То есть, ты хочешь сказать, что без доказательств Вы убили десять моих людей? Порядок не простит такого! — визгливые крики Канцлера выводили нага из себя — Я требую от вашего кодла возмещения вреда! Или Вы заплатите нам за каждую смерть или катитесь к чертям из города! Завтра пришлю список требований.

— с этими словами он стал разворачиваться, что бы уйти прочь.

«Цунгцванг, блин, Канцлер знал, он готовился к этому представлению. Положение в любом случае ухудшится: не будем платить — нас выставят силой, заплатим — поставят на счетчик.