В конце вечности

Поднимая с земли оружие, самоубийцы схлестнулись с живыми. Зазвенели мечи, раздались выстрелы арбалетчиков Демида, со свистом полетели на врагов сети шипящих бесов. Обезумевшие от ярости Атланты и Демоны плечом к плечу принялись разносить врагов на куски топорами и молотами. Солдаты Князя тишины чёрной лавиной наваливались на гигантов, цепляясь за их доспехи, карабкались всё выше, вонзая клинки в их горячие тела. Самоубийц было так много, что истекающие кровью великаны, обессилив, со стоном падали на землю, погребая их под собой.

Валофар, получив несколько ранений, отступал и, затягивая раны, вновь возвращался в бой, всё глубже врубаясь во вражеский строй. Остап же беспомощно пятился, он не видел сердцем тех, в ком больше не было ни святого, ни грешного. Пустота была непроницаема для его сердца.

Раненый Демид и почти выбившийся из сил Марк, срывая голос, изо всех сил держали в воинах боевой дух, сражаясь в первых рядах плечом к плечу с простыми солдатами.

Вернувшись из очередного кровавого рейда, зажимающий раны Валофар схватил Остапа за ворот.

— Почему ты бездействуешь, Ангел?! — прошипел Антихрист. — Где твоя сила? Очнись! Они же вырезают нас.

— Я их не вижу! Не чувствую! Я слеп!!! — оцепив от себя руки и оттолкнув Валофара, в отчаянии зарычал Остап.

— Мы оба здесь сдохнем, Ангел, — обтирая ладонью измождённое лицо, сказал Валофар.

— Ты на моих глазах уже сдох по меньшей мере дюжину раз, — холодно сказал Остап. — Так что с тобой им точно придётся повозиться.

— Эта тварь убьёт и меня, — тяжело дыша, Валофар взглянул на зловещую фигуру Князя тишины, безмолвно взирающего на битву с холма.

— Никогда бы не подумал, что нас будет объединять что-то, кроме неприязни, — тихо произнёс Остап.

— Любовь к одной женщине и ненависть к общему врагу — это не так уж много, — покосившись на Остапа, сказал Антихрист.

— Всё это сейчас неважно. Нужно убить это чудовище, — опустив голову, сказал Остап. — Его марионетки без него — просто гниющие останки. Не будет его — не будет и всех этих тварей.

— Убить эту суку? — взглянув на холм, спросил Валофар. — Это же бездушная тварь. Саван поверх пустоты. Мы не сможем убить того, чего нет, — покачивая головой, добавил Антихрист.