Железный Феникс

Радость мне всегда приносили и приносят другие вещи.

Тогда что же получается?

Меня накачали какой-то дурью?..

На этой оптимистической мысли моё неподвижное тело наконец переворачивают лицом вверх. Ожидаю увидеть кого угодно — от Николаича в обнимку с начальником охраны до ожившей супруги со сковородкой наперевес.

Но надо мной склоняется ещё один чёрт.

Он ещё более огромный, чем предыдущий, хоть и выглядит значительно старше. Его лицо пересекает старый уродливый шрам, явно напоминая о бурной молодости.

В отличие от своего злобного сородича, он одет в нормальный человеческий костюм, хоть и старомодно выглядящий. На меня чёрт смотрит спокойно и внимательно, будто ищет какие-то одному ему ведомые признаки. Удовлетворённо кивает и подцепляет мой подбородок наконечником трости, навершие которой сжимает огромной лапищей.

— Ну что, повеса, — произносит глубоким, чуть хриплым басом. — Натворил делов?

Пытаюсь ответить — язык по-прежнему не слушается. Единственное, что мне доступно — хмуриться, что я и делаю, искренне надеясь, что это выглядит хоть сколько-нибудь угрожающе.

Чёрт наблюдает за моими потугами с лёгкой насмешкой, как сытый кот за мышиной вознёй. Потом слегка поворачивает голову и кому-то командует:

— В лазарет его.

А потом просто уходит.

Меня с двух сторон подхватывают под белы рученьки и кое-как ставят на ноги, подпирая с боков. Краем глаза вижу, что это не черти, а обычные люди. Значит, и правда в аду оказался, раз нашим братом тут не пойми кто командует.

Надо же, никогда не думал, что вся эта религиозная мутотень окажется хоть немного правдивой. Век живи — век учись.

Впрочем, молиться и каяться всё равно поздно: я уже здесь.

Меня выводят, да что там — выносят! — из спортзала на улицу. Жаль, что толком не могу осмотреться: голова бессильно болтается в такт шагов моих сопровождающих, и я вижу только кусок дорожного покрытия и свои бессильно волочащиеся ноги в трогательно-белоснежных носочках. Дорога, кстати, красивая, выложена серо-коричневой плиткой.

В аду, мне кажется, побрутальнее должно быть. Или нет?

А тут вон какая красота! И ветерок приятный приносит откуда-то цветочные ароматы. И солнышко загривок припекает. Как будто я и не умирал вовсе.

Тем временем меня то ли заводят, то ли заносят в ещё одно помещение. Здесь прохладно и пахнет чем-то незнакомым, но явно лекарственным.

— Спасибо, — раздаётся приятный женский голос. — Укладывайте его сюда и можете быть свободны.